Сказка «Ревнивые невестки» — стр.2

Мои братья уехали торговать, а их жены хотят меня вконец извести. Они мне велели дров принести, да не увязывать. Видишь, я набрала, а как мне нести? Вот почему я тоскую и плачу.
— Ах, вот из-за чего ты горюешь, — говорит крысиный удав. — Не печалься. Утешься, я сейчас помогу тебе их донести. Только, как домой принесешь, клади дрова осторожно.
Тут змея растянулась во всю свою длину и добавила:
— Ну, клади дрова на меня, а я вокруг них обернусь, и будет тебе вязанка.
И вправду, сложила она все дрова на змею, а змея вокруг них обернулась и их крепко стянула. Положила девушка дрова на голову и понесла, а как дошла до дому, тихонечко опустила их у изгороди. Только опустила, змея соскользнула — и под изгородь.
Вышли из дому невестки, глядят на работу. А придраться им не к чему. Старались они еще мучить ее не раз и по-разному, да доконать никак не сумели.
Собрались раз все невестки совет держать и договорились они вот на чем.
— Пойдемте, — говорят, — все вместе в лес за дровами.
И вправду, пошли они все и золовку с собой тоже взяли. Как зашли они в лес, видят: стоит у дороги дерево мачкунда, всё в цвету.
— Стойте, — говорят. — Давайте сперва цветов нарвем, а потом пойдем дальше.
Стали невестки пробовать влезть. Только вид делают: влезут чуть-чуть и вниз сползают. И каждая говорит:
— Нет, мне не влезть.
Все подряд одно и то же сказали, потом повернулись к золовке.
— Лезь, девушка, — говорят. — Постарайся для нас.
— Кто его знает, — отвечает она. — Наверно, мне тоже не влезть.
— Полезай, — говорят. — Попробуй влезть. У тебя, может, получится.
Тут, правду сказать, стали они ее силой подталкивать да подсаживать. Как залезла она, говорят:
— Ну мы тебе помогли взобраться, теперь нарви нам побольше цветов.
А сами тем временем принесли колючих веток и обложили ими ствол снизу, да еще веревками их привязали, чтоб крепче держались. А после ушли и бросили девушку там на дереве.
Прошло много времени, кто его знает сколько, и проезжали тем местом ее старшие братья, все семеро. Как подъехали к цветущему дереву, сели под ним и говорят:
— Давайте отдохнем малость под этим деревом.
Ну а девушка от голода так ослабла, что слова вымолвить не могла, а все ж еще живая была. Увидела она их и признала, а позвать-то не может. Вот сидят они там, а сверху ее слезы каплют, и случись так, что слезы эти упали прямо на спину старшему брату.
— Эй вы, парни, — говорит он. — Взгляните на мою спину. Невесть кто что-то на меня уронил.
Поглядели братья и говорят:
— Слушай, брат. Никак это слезы нашей сестрицы меньшой?
Взглянули они наверх и увидали ее. Оттащили прочь колючие ветки, спустили ее на землю, а потом намочили рисовых хлопьев, смешали их с патокой и дали ей съесть, да еще рис вариться поставили.
Съела она рисовых хлопьев и стала понемногу в себя приходить, даже заговорила; а поначалу она и говорить не могла. Дали они ей еще немного поесть, а как поела, уложили ее отдохнуть.
Отдохнула она и все рассказала: и как она на дерево влезла, и кто колючки вокруг ствола привязал, отчего ей пришлось там остаться. И как невестки ее раньше мучили, тоже им все рассказала. Братья страх как рассердились на своих жен.
— Что за напасть, — они говорят. — Сестра у нас од-на-единственная. За что они ее так мучат? Счастье, что мы тут проходили и выручили ее, а не то она здесь так бы и пропала. Жены наши не знают жалости, нечего и нам их жалеть. Придем домой, выкопаем колодец и всех их туда побросаем. Как они ее мучили, так и мы их помучим — пусть на себе все испытают. Хотелось бы знать, как им это понравится.
Все на том согласились и говорят:
— Женам нашим знать об этом не след. Если кто им что скажет, тот нам больше не брат. Мы его прочь прогоним — нам такого брата не надо. Помните, братья, менять решение не будем.
И каждый ответил:
— Верно, я не буду менять.
Поели они, сестру покормили, дали ей две иглы и посадили ее в мешок.
— Мы велим твоим невесткам нести этот мешок, — говорят они ей, — а ты их иголками хорошенько коли. Если не понесут, мы им зададим крепкую взбучку.
Так они ее научили, потом посадили в мешок, погрузили мешок на вола и пустились в путь.
Приезжают домой, мешок сняли с вола и тихонько положили. Положили его на землю, стали жен звать. Говорят им:
— Вот, женщины, несите этот мешок в дом, да осторожно. Смотрите не уроните его, а то мы вас прибьем.
И вправду, подошли жены, взяли мешок и понесли, а девушка как начнет их колоть. Втыкает иголку изо всех сил, как можно глубже. Женам впору бросить ношу и убежать, да мужья рядом идут и подгоняют:
— Несите быстрей.
Напряглись они и несут, на уколы не смотрят, а девушка все колет им руки и колет, так что кровь ручьями течет. Им уж и слез не сдержать.
Как вошли в дом, пошли расспросы: про новости, про дела, про дорогу. Мужья им все рассказали — и как далеко они были, и всякое прочее. Потом сами стали спрашивать жен. Те тоже им рассказали, как время без них проводили, что делали и все такое. Ну а как золовку мучили, ни одна не сказала