Сказка «Маленькая портниха» — стр.2

А вот что сказала леди Бланш Бланманж:
— Я просто лопну от досады, если вы не сотворите мне самое обворожительное платье, какое только бывает, чтобы я смогла его надеть в четверг на третий бал. А чтобы я видела, что оно безупречно, пусть его наденет самая изящная из мастериц, так я смогу судить об этом сама.
Старшая Мастерица всё им пообещала, и, как только дамы ушли, она бросилась к Лотте и рассказала ей обо всем.
— Мы должны думать в две головы и шить в четыре руки, чтобы успеть с ними к сроку, — сказала она.
— Я уверена, что справлюсь, — весело сказала Лотта. — Будем шить платья по порядку. Герцогиня Зефирная получит свое платье завтра вечером, графиня Карамельская свое получит послезавтра вечером, а леди Бланш послепослезавтра, даже если мне предстоит просидеть всю ночь и вообще не сомкнуть глаз.
— Отлично, Лотта, — сказала Старшая Мастерица, — а теперь я должна подумать, какие платья мы будем шить.
— Как была бы герцогиня хороша в образе Солнечного Луча, — сказала Лотта.
— Я как раз об этом и думала, — сказала Старшая Мастерица.
— И как бы всех покорила графиня в образе Лунного Света, — сказала Лотта.
— Моя задумка точь-в-точь, — сказала Старшая Мастерица.
— А в образе Радуги леди Бланш была бы просто восхитительна.
— Да ты перехватываешь мои мысли, — сказала Старшая Мастерица. — А теперь берись за выкройки, раскрои и шей.
Лотта раскроила все три платья и засела за первое, сверкающий золотой наряд, который будет играть и лучиться, как солнечный свет, когда та, кто его наденет, начнет танцевать. День и ночь просидела она за работой и не видела, как встречали молодого короля во дворце. А во вторник за час до открытия первого бала сверкающее платье было готово.
— Из дворца послали карету за платьем, — сказала Старшая Мастерица, — и одна из девушек должна его надеть и показать, как оно сидит, прежде чем герцогиня наденет его сама. Но кого мне послать? Ведь по талии оно всего девятнадцать с половиной дюймов.
— Это как раз мой размер, мадам, — сказала Лотта.
— Это прямо везение, Лотта! Быстро влезай в него и отправляйся.
И вот Лотта надела ослепительное платье, золотые бальные туфельки и маленькую золотую корону, вспыхивающую искорками света. Сверху она накинула свой старенький черный плащ и побежала к королевскому экипажу, ожидавшему ее. Кучер щелкнул кнутом, и они покатили. Когда они прибыли во дворец, ливрейный Лакей, шедший через зал, проводил Лотту в маленькую приемную.
— Вам придется подождать здесь, — сказал он, — пока герцогиня не будет готова и не позовет Вас в соседнюю комнату. Когда она будет готова, она позвонит в колокольчик. В каком Вы очаровательном платье, похоже, под Вашим плащом!
— Это платье для герцогини, — сказала Лотта, — в котором она должна покорить молодого короля. Хотите взглянуть?
— Да, очень, — сказал Лакей.
Лотта сбросила черный плащ и выступила, как солнце из-за тучи.
— Вот! — сказала она. — Правда, красиво? Вы думаете, король устоит и откажется танцевать с герцогиней, если она будет в таком платье?
— Никогда, я уверен! — сказал Лакей.
И с изящным поклоном добавил:
— Герцогиня, могу я просить о чести потанцевать с вами?
— О, ваше величество! — засмеялась Лотта. — Это честь для меня.
Лакей обнял Лотту за талию и стал танцевать с ней, и, только он начал говорить ей, что ее волосы золотистее солнечных лучей, как зазвенел колокольчик, и Лотте пришлось идти.
Герцогиня была в восторге от платья, а после того как Лотта показала ей, как в нем садиться и вставать, ступать и танцевать, герцогиня облачилась в него и выплыла в бальный зал.
Лотта, закутываясь в свой старый плащ, услыхала, как в зале разразились аплодисментами, когда появилась блестящая маленькая герцогиня.
"Ну, — подумала Лотта, — перед ней король не устоит". И она побежала домой, шить платье Лунного Света.
Всю ночь и весь день она шила серебристое, облегающее, как перчатка, платье и справилась с работой как раз в тот момент, когда королевская карета остановилась у двери. Как и в тот раз, она натянула платье, завернулась в плащ и укатила, и, как и в тот раз, молодой Лакей проводил ее в приемную и просил подождать.
— Что произошло вчера на балу? — спросила Лотта.
— Король протанцевал с золотой герцогиней весь вечер, — сказал Лакей. Сомневаюсь, чтобы графине так повезло.
— Как знать, — сказала Лотта и, распахнув свой черный плащ, она встала перед ним, как луна, озарившая полночь.
— О, графиня, — сказал Лакей, целуя ей руку, — окажите мне величайшее в мире счастье, потанцуйте со мной!
— Это вы осчастливите меня, ваше величество, — сказала Лотта с милой улыбкой.
Они опять потанцевали в приемной, и потом сели и стали говорить о себе; Лотта рассказала, что ей девятнадцать с половиной лет, что ее мама горничная, а отец сапожник, а сама она ученица портнихи. А Лакей сказал ей, что ему 25 лет и что его отец — переплетчик, а его мама — прачка, и что сам он Лакей у молодого короля и должен вернуться в свое королевство, когда король женится. И Лотта от этого призадумалась, а когда Лакей спросил ее — почему, Лотта сама не знала