Сказка «Принц и дочь великана» — стр.3

Тут великан увидел, что все его козни не привели ни к чему — принц добился-таки его младшей дочери. И великан так разгневался, как еще никогда не гневался. Но пока что делать было нечего. Пришлось ему позволить молодым удалиться в брачный покой.
Как только принц и дочь великана остались одни, она сказала:
— Смотри не засни, а не то погибнешь! Надо нам бежать, пока отец тебя не убил.
И вот она взяла яблоко и разрезала его на девять ломтиков. Два ломтика она положила в изголовье кровати, два — в ногах. Потом вывела принца из дома и положила два ломтика яблока у первой двери и два у второй. Последний ломтик она оставила за воротами, что вели во двор. Затем молодые пошли в конюшню, сняли путы с молодой сивой кобылицы, сели на нее верхом и помчались прочь на крыльях ветра.
А великан думал, что молодые все еще в брачном покое. Немного погодя он крикнул им:
— Вы спите?
И два ломтика яблока, что лежали в изголовье кровати, ответили:
— Нет еще!
Великану не терпелось, чтобы молодые поскорее заснули, — тогда он пошел бы в их спальню и убил бы принца. И вот он опять крикнул:
— Вы спите?
И два ломтика в ногах кровати ответили:
— Нет еще!
В третий раз великану ответили те два ломтика, что лежали у первой двери, а в четвертый раз — те, что лежали у второй. Тут великан заподозрил неладное и нахмурился.
— Должно быть, вы сбежать хотите, — сказал он.
Наконец он в пятый раз спросил:
— Вы спите? — и ломтик яблока, что остался за воротами, ответил:
— Нет еще! — но голосок у него был такой тихий, что великан сразу обо всем догадался. Он вскочил на ноги и заревел:
— Вы сбежали!
Тут он ринулся вон из дома, в страшном гневе на дочь за то, что она его обманула, и погнался за беглецами. А те все летели вперед на сивой кобылице.
Наутро, чуть забрезжило, дочь великана сказала мужу:
— Слышишь, как земля дрожит? Это отец нас нагоняет — его дыхание мне спину жжет.
— Ох! Что же нам делать? — вскричал принц. — Как нам от него спастись?
— Сунь руку в ухо сивой кобылице, — сказала дочь великана, — и что найдешь там, то брось назад, да так, чтобы это упало поперек дороги отцу.
Принц сунул пальцы в ухо сивой кобылице и вынул оттуда сучок с колючками. Он бросил сучок назад через плечо, и на дороге выросли и разрослись на двадцать миль заросли терновника, такие густые, что даже маленький зверек ласка и тот не мог бы пробраться сквозь эту непроходимую чащу.
Как увидел великан преграду на своем пути, выругался страшным ругательством.
— Все равно нагоню! — зарычал он и быстро повернул домой, чтобы взять свой острый топор и нож, каким сучья обрезают.
Вскоре он вернулся и быстро прорубил себе дорогу в чаще. И вот в полдень, когда солнце высоко стояло на небе, дочь великана снова крикнула мужу:
— Отец нагоняет! Его дыхание мне спину жжет!
И она опять велела принцу сунуть пальцы в ухо сивой кобылице и потом бросить на дорогу то, что он оттуда вынет. На сей раз принц вынул обломок серого камня и бросил его назад через плечо. И как только камешек упал на дорогу, позади беглецов выросли отвесные скалы и загромоздили равнину на двадцать миль в длину и двадцать в ширину.
Великан увидел перед собой эти неприступные горы и заревел:
— Меня не остановишь! Все равно нагоню!
Он бегом бросился назад, и земля тряслась под его ногами. А как прибежал домой, схватил свой толстенный лом и громадную кирку. Уже темнело, когда он, наконец, пробил себе дорогу в скалах. Но вот взошла луна, и дочь великана крикнула мужу в третий раз:
— Отец нагоняет! Его дыхание мне спину жжет!
Принц не стал дожидаться ее приказаний — сам в третий раз сунул пальцы в ухо сивой кобылице и вытащил маленький пузырек с водой. И едва он бросил его назад через плечо, бездонное озеро в двадцать миль длиной и двадцать шириной разлилось позади беглецов. А великан гнался за ними до того быстро, что не смог остановиться, когда озеро вдруг разлилось у его ног. Полетел вниз головой прямо в темную воду и утонул. И ни дочь его, ни принц и никто другой на свете никогда уже больше его не видели.
Верная сивая кобылица перешла на ровную рысь. Луна поднялась высоко и осветила все вокруг. И тут принц вдруг узнал свои родные места.
— Гляди! Мы подъезжаем к моему отчему дому! — сказал он молодой жене. — Вот те самые поля, где я играл ребенком.
И он возрадовался великой радостью, что наконец-то вернулся на родину.
Немного погодя они подъехали к старому каменному колодцу и спешились, чтобы немного отдохнуть. Когда же принц встал и собрался ехать домой, дочь великана сказала:
— Лучше поезжай к отцу один и подготовь его к моему приходу. А я подожду тебя здесь.
Принц согласился, и когда он вскочил в седло, жена стала ему наказывать:
— Милый мой, не позволяй никому — ни человеку, ни зверю — дотронуться до тебя губами, пока ты далеко от меня. А если позволишь, найдет на тебя помрачение, и ты навсегда меня позабудешь.
— Да разве могу я позабыть! — возразил принц. Но все-таки обещал выполнить наказ жены.
Он ускакал и вскоре подъехал к своему богатому отчему дому, что стоял в красивой зеленой лощине. И хотя принцу было только семь лет, когда за ним пришел великан, он сразу вспомнил и эти высокие башенки, и пышные цветники, и зеленые сады, что окружали замок. Он оставил во дворе свою сивую кобылицу и вошел в огромный зал. Родители его сидели за главным столом, и когда увидели перед собой красивого стройного юношу, узнали в нем своего сына. Они бросились его обнимать, но принц помнил наказ жены и отстранился, когда родители попытались поцеловать его в щеку.
Ему очень хотелось поскорее вернуться за женой, и он сразу же принялся рассказывать родителям про все, что с ним приключилось. Но вдруг зашуршал камыш, которым был устлан пол, и стройная борзая собака с радостным лаем выскочила из-под стола. Это была собака принца, и с ней он играл, когда она была маленьким щенком.
Собака бросилась к принцу и ткнулась мордой прямо ему в губы, а он не успел ей помешать. И вот горе! Принц сразу же забыл дочь великана. Отец стал было просить сына продолжать рассказ.
— Ты начал говорить нам про одну прекрасную девушку, сын мой, — молвил король.
Но принц даже не понял отца, — только посмотрел на него и сказал:
— Про какую девушку? Никакой девушки я не встречал, отец мой.
Между тем дочь великана ждала его там, где он с нею расстался, — у старого каменного колодца. Время шло, а принц все не возвращался, и она поняла, что случилось то, чего она так боялась: он ее позабыл.
Поблизости не было никакого человеческого жилья, и дочь великана влезла на дерево, что росло у колодца. Она опасалась, как бы на нее не напали волки, и решила там подождать, пока кто-нибудь не подойдет.
Не успела она усесться на суку с развилиной, как послышались чьи-то шаги, и к колодцу подошла старая женщина с ведром в руке. Это была жена сапожника, что жил неподалеку, и он послал ее по воду. Старуха наклонилась над колодцем, чтобы опустить в него ведро, и вдруг отшатнулась, словно в испуге, она увидела, что в воде отражается прекрасное женское лицо. Это было лицо великановой дочери, но жена сапожника была придурковата и подумала, что это ее собственное лицо отразилось в воде. — Ох, да какая же красавица! — вскричала она и погладила свои морщинистые щеки. — Да разве пристало таким красоткам, как я, носить воду для какого-то неуклюжего старого мужлана-сапожника!
Она бросила свое ведро и ушла домой. А бедный сапожник прямо диву дался, когда его жена вернулась домой без ведра, да еще прихорашиваться стала. Он пожал плечами и сам пошел по воду, а когда подошел к колодцу, дочь великана окликнула его с дерева и спросила, нельзя ли ей где-нибудь переночевать. Сапожник, как только увидел ее прекрасное лицо, сразу догадался, что это ее отражение старуха приняла за свое.
Он пригласил красавицу переночевать в его доме и отвел ее туда