Сказка «Смерть Дирмеда» — стр.2

«Нет, он должен умереть» , — решил Финн.
Но он содрогнулся от мысли, что Дирмед падет от его руки, и придумал иной план, как отомстить Дирмеду.
В Кинтейлском лесу жила старуха по имени Мейла Лли, что означает «Седая Бровь». Она держала стадо свиней, вожаком у них был свирепый кабан, прямо дикий вепрь. Уже много героев охотились на него, но ни один не вернулся назад живым. Этот вепрь умел нападать и защищаться. Вот Финну и пришло на ум послать Дирмеда охотиться на кабана. Так племянник его будет обречен на смерть, а сам он будет отомщен, решил Финн.
Он встретил Дирмеда и приказал ему пойти в лес и убить кабана. Понимая, что его ждет неминуемая гибель, Дирмед попрощался с Осгаром и Осианом, своими двоюродными братьями и друзьями молодости, и с тяжким сердцем покинул фьанов. Последней, с кем он перед расставанием обменялся словом, была прекрасная возлюбленная Грэйн. Подхватив копье, Дирмед спустился с холма и скрылся в чаще леса.
Прошло сколько-то времени, и все ожидавшие на вершине холма поняли, что Дирмед уже встретился с кабаном — до них донеслись звуки битвы. Они слышали, как трещат и ломаются ветви в лесу, как громко сопит и хрипит разъяренный зверь.
Потом вдруг наступила тишина, а вслед за ней раздался торжествующий крик человека. Дирмед убил вепря.
Финн с сыновьями тут же бросились в лес. Там они увидели Дирмеда, целого и невредимого. Он отдыхал после битвы, сидя рядом с бездыханным кабаном, у которого из сотни копьеносных ран текла черная кровь.
— Не зря называют тебя Дирмед Надежный Щит, — сказал Финн своему племяннику. Однако за этой похвалой крылось глухое раздражение, что план его не удался.
На спине у кабана была ядовитая щетина. Достаточно наколоться хотя бы на один волосок — и человек мертв. Финн это знал и потому сказал:
— А теперь измерь-ка свою добычу, племянник. Пройдись по его хребту и скажи нам, сколько футов от загривка до хвоста.
Не чуя беды, Дирмед прошелся босиком по спине кабана, чтобы измерить его, как приказал Финн. И вот удача! Ни один ядовитый волосок не вонзился ему в ступню.
— Ровно шестнадцать футов, — объявил Дирмед.
— Измерь еще раз, — приказал Финн, — может, ты ошибся. И Дирмед во второй раз прошелся по широкой спине кабана.
Но на полдороге ядовитый волос впился ему в родинку на правой пятке. И тут же смертельный яд проник в его тело, и Дирмед замертво упал на землю.
Угрызения совести вдруг проснулись в Финне, и он воскликнул:
— О Дирмед! Скажи, что может исцелить тебя?
— Глоток воды из ладоней Финна.
Финн бросился к ручью, протекавшему меж деревьев, и зачерпнул полные горсти воды. Но тут он вспомнил, что ведь Дирмед увел у него невесту, и он с гневом раскрыл ладони, чтобы вода убежала сквозь пальцы на землю.
И все-таки он во второй раз набрал в ладони воды. Но снова борьба в его сердце между прежней любовью к племяннику и гневом, когда он узнал о его измене, развела его ладони, и вода опять утекла.
Когда же Финн, наконец, одолев себя, принес племяннику воды, Дирмед был уже мертв.
— Я убил моего родного племянника, сына моей родной сестры, ради женщины, которая больше не любит меня, — с горестью корил себя Финн. — Доблестного героя, третьего в славном Воинстве Фьанов, я погубил своей волей.
Осгар и Осиан, Голл Богатырь и псарь Конен — все, кто рос вместе с Дирмедом и провел с ним свою юность, оплакивали его.
Когда Грэйн узнала, что Дирмеда больше нет в живых, сердце ее остановилось от боли, и она тоже умерла.
Дирмеда вместе с Грэйн похоронили со всеми почестями на берегу тихого светлого озера Лох-Дуг. Их опустили в длинную ладью. Рядом положили боевое копье Дирмеда, острый меч и знаменитый щит, а также прочие вещи, к которым он привык. А в ногах у Грэйн положили ее белых гончих, потому что, не вынеся тоски по хозяйке, они тоже скончались.
Потом над их могилой насыпали высокий курган. Его и до сего дня называют Дирмед.