Жили-были падишах с вазиром. Оба они до глубокой старости не имели детей. Только когда их головы стали белыми как снег, а бороды длинные до пояса, жены их собрались рожать. Шах с вазиром очень обрадовались этому и чаще стали устраивать различные увеселения. Каждый месяц один-два раза стали они ездить на охоту.
Однажды охотились они в одном цветущем горном ущелье; вазир увидел серну и стал преследовать ее. Серна убегала очень медленно. Только вазир прицелился и хотел спустить стрелу, как увидел, что у серны очень большой живот. Вазир понял, в чем дело, и, вспомнив о своей жене, пожалел серну, не стал стрелять.
Падишах удивился и спросил:
— Эй, вазир, почему ты отказался от такой дичи?
Вазир сказал ему о состоянии серны. Падишах согласился с ним, и они решили пойти охотиться на другое место.
Продолжая охоту на другом месте, падишах с вазиром набили дичи, ощипали ее, изжарили и стали есть. В это время падишах вспомнил о поступке вазира и сказал:
— Дорогой друг, уже много лет ты служишь мне лучше, чем все другие придворные. Своей высокой мудростью и небывалой проницательностью ты оказал мне помощь в решении многих трудных вопросов моего государства, и этого я никогда не забуду. Сейчас я решил, что если у наших жен родятся сыновья, я приложу все силы, чтобы они, как и мы, были сердечными друзьями. Если твоя жена родит дочь, она будет моей невесткой. Если у моей жены родится дочь, твой сын будет моим зятем, а дочь моя будет твоей невесткой.
Это предложение падишаха соответствовало затаенным мечтам вазира. Падишах с вазиром дали друг другу слово не нарушать это соглашение.
На другой день к вазиру пришли вестники и попросили подарка за принесенную весть: у падишаха родилась дочь, а у вазира — сын. Вазир поспешил в покои жены, взял на руки сына, поцеловал его и сказал:
— Какое счастье, что мне суждено иметь сына!
Он тут же взял завернутого сына и пошел с ним во дворец. Там он на одну руку положил сына, а на другую — дочь падишаха, завернутую в злато-тканную парчу, и понес их к падишаху.
При виде вазира падишах поднялся со своего трона, взял детей из его рук, поцеловал их, потом по совету самого старшего придворного дал мальчику имя Тохир, а дочери — Зухро.
По желанию падишаха Тохир и Зухро стали воспитываться во дворце. К ним были приставлены самые опытные няньки и воспитатели.
Дети были всегда вместе и за трапезой, и во время прогулок по чудесному падишахскому саду, и во время игр. Когда они подросли, их вместе отдали учиться в школу.
Ревностью и ненавистью к вазиру, отцу Тохира, зажглись сердца его врагов. Их души, черные как дно котла, переполнялись ядом злых и коварных намерений. При каждом удобном случае враги вазира чернили его с сыном перед падишахом и расхваливали Зухро. Они говорили:
— О великий государь! Дочь твоя не имеет себе равной ни по уму, ни по красоте и достойна самого лучшего падишаха в мире! Такого падишаха, который еще больше расширит пределы твоего царства, преумножит твои богатства и вознесет твою славу.
Такие слова оставляли след в сердце безвольного падишаха. Он стал много думать о помолвке своей дочери с сыном вазира. Чем больше падишах задумывался над этим, тем искуснее сплетались сети интриг вокруг вазира. Наговоры на него настолько участились, что постепенно падишах начал охладевать к вазиру и наконец даже возненавидел его и стал искать случая избавиться от него.
Однажды во время охоты стрела одного приближенного падишаха как бы случайно вонзилась в спину вазира. В тот же миг глаза его закрылись, и больше он не увидел лица своего любимого сына.
На глазах у всех падишах прикинулся невинной горлинкой, похоронил своего когда-то любимого вазира с большими почестями и стал соблюдать траур по умершему.
В это время над верхней губой Тохира зачернел нежный пушок усов. Тохир становился стройным и красивым юношей. Неожиданная смерть отца вытеснила из его головы легкие юношеские мечты. Только любовь, настоящая любовь к Зухро, заполняла его сердце.
Падишах это заметил. Поэтому, ссылаясь на то, что неприлично взрослым юноше и девушке быть все время вместе, запретил Тохиру и Зухро видеть друг друга.
Приказ падишаха был выполнен. Но Тохир, не в силах терпеть разлуку с Зухро, стал ходить вокруг стен падишахского дворца. Он лелеял надежду увидеть Зухро, сказать ей о своей любви и узнать, как она относится к нему.
Но он не видел лица своей сердечной подруги и не слышал ее нежного голоса. Жгучий огонь любви все больше жег его грудь, и он, мысленно обращаясь к Зухро, говорил, что весь он в ее власти.
Проходившие мимо Тохира люди видели его горе, жалели его и осуждали падишаха, который так жестоко поступает с сыном своего бывшего вазира.
В то время как Тохир бессчетное количество раз ходил вокруг дворца, мучаясь предположениями, что, видно, сама Зухро не хочет его видеть, что она полюбила другого, падишах сидел на своем золотом троне и принимал посланцев самого могущественного и самого жестокого падишаха тех времен — Каработура. Посланцы вручили падишаху письмо от своего повелителя и ожидали ответа.
Каработур писал:
«Уже много лет мои посланцы ищут по всему свету подходящую для меня невесту. Искали они, искали и нигде не нашли лучше твоей дочери, красавицы Зухро. Потому я решаю взять себе в жены твою дочь. Если ты согласен — породнимся с тобой, если ты не согласишься — готовься к войне!»
Падишах прочел это письмо и попросил посланцев подождать с ответом два-три дня. Люди Каработура уехали.
Отец Зухро созвал всех вазиров и сообщил им о письме. Все вазиры в один голос сказали, что Каработур великий и могущественный падишах и очень подходящий жених для дочери их падишаха.
— Это как раз такой падишах, который может расширить границы, увеличить богатство и умножить вашу славу! — говорили они.
Такой совет соответствовал заветной мечте отца Зухро. Он согласился с мнением придворных, отпустил их и позвал дочь.
— Дорогая Зухро, — радостно начал он, — я хочу поздравить тебя от всего сердца. Самый могущественный падишах мира — Каработур прислал сватов. Тебе посчастливилось — ты будешь женой такого великого шаха!
— Нет, нет! — воскликнула Зухро. — Я ни за кого не выйду замуж, кроме Тохира! Я полюбила его всем сердцем!
Ответ дочери рассердил падишаха. Со злостью глядя на нее, он сказал:
— Что ты говоришь! Кто такой Тохир? Какой-то безродный глупец! Он не стоит даже ногтя на ноге Каработура! Ты не делай глупостей и выброси его из головы!..
— Сжальтесь надо мной, дорогой отец! — взмолилась Зухро. — Только То-хир мне по душе! Если хотите, чтобы ваша дочь жила счастливо, откажитесь от своего намерения.
Мольба единственной дочери заставила падишаха призадуматься, и он сказал:
— Ну, хорошо, дочь, ты иди, а я подумаю.
Зухро ушла от него, а падишах приказал созвать вазиров. Когда собрались все вазиры, он рассказал им об ответе дочери. Один вазир сказал на это:
— Нужно очернить Тохира в глазах Зухро и удалить его из города. Тогда она охладеет к нему и согласится стать невестой Каработура.
Другой вазир предложил:
— Лучше позвать самого Тохира и внушить ему, что он не пара Зухро и сам должен отказаться от нее.
— Хорошо, ваши советы не так трудно выполнить, — сказал падишах. Он отпустил вазиров и велел позвать к нему Тохира.
Такая неожиданная благосклонность окрылила молодого человека, но, услышав первые слова падишаха, он потерял всякую надежду. Падишах приказал ему не надеяться на любовь Зухро и немедленно уехать из его столицы.
— Нет! — воскликнул Тохир
27
Отзывы (0)