Пришел на свой старый след, до того места, где мясо закопал, дошел. Все семь быков на саночки погрузил, рыбок из-за пазухи вынул, запряг. Закричал:
— Эй, рыбки, ну-ка, бегите!
Обе рыбки его лежат. Ича кричит:
— Сейчас прутом вас заставлю тянуть! А рыбки всё спокойно лежат. Ича прут отломил, прутом рыбок ударил. Рыбки чуть-чуть шевельнулись.
— Глупые вы, еле шевелитесь!-закричал Ича, и сам саночки потянул. И вдруг рыбки так сильно саночки подхватили, что Ича в сторону упал, а саночки, чуть-чуть касаясь снега, по верху несутся. Ича поднялся и с плачем побежал. Видит: рыбки мимо чума пронеслись-прямо к проруби. Ича руками машет, кричит:
— Бабушка, помогай!
Бабушка из чума вышла, увидела, что случилось, к проруби побежала. Рыбок остановила, саночки отпрягла, рыбок в прорубь отпустила. В чум пошла, Иче сказала:
— Ты что же, слов моих не слышал? Я говорила-не серди рыбок, а ты что? Чуть в беду не попал.
Туши оленей с саночек сгрузили. Мяса целую ногу от одной из туш отрезали, большой огонь в чуме развели, мясо варят. Ича шкуры с убитых оленей в чум втащил — сушиться развесил.
Ичин чум на краю княжеского города стоял. Кто как живет, князю все видно. Вот видит князь: из чума Ичи дым сильно идет. Князь слугам говорит:
— Сходите посмотрите, почему это из Ичиного чума такой большой дым идет.
Слуги князя, по имени Подол и Наперсток, пошли к Ичиному чуму. Вошли в чум, видят-много оленьих шкур на шест повешено. На огне мясо варится. Поели, на прощанье Ича им сказал:
— Я на охоту ходил, вот этих семь бычишек добыл. Подол и Наперсток к князю побежали и рассказали, что Ича, мол, очень много оленей добыл. А Ича лыжи надел, топор взял, опять из дома в лес пошел. Идет куда глаза глядят. В самую середину чащи леса, зашел. Там погребальный холм возвышается, а из него наружу огонь и дым струятся. Подошел и слушает. Там два голоса, слышно, говорят, людей княжеского города как им погубить договариваются. Вспомнил Ича, что могильный холм этот старшим дочкам князя после их смерти сделал. Думает: "Вот что! Князевы дочки, видно, злыми йэретями (волшебницами) стали. Большая беда от них может быть".
Домой пошел к своей бабушке. Жил, жил. Вдруг такое несчастье случилось: каждую ночь из княжеского города пять-шесть чумов пустеют, люди из них исчезают. Испугался князь, позвал слуг-Подола с Наперстком-и говорит:
— Позовите ко мне Ичу, может быть он узнает, куда мой народ исчезает.
Слуги побежали. В чум к Иче вошли. Ича спрашивает их:
— Зачем вы пришли?
— Не сами пришли мы, нас князь послал. Народ наш каждую ночь убывает, куда-то теряется. Ты, Ича, не знаешь ли, какая тому причина?
Ича отвечает:
— У князя две дочки умерли. Обе они йэретями стали. Это они людей к себе тащат. Я чуть к ним не попался.
Слуги назад к князю побежали, рассказали. Князь велел Ичу позвать. Подол и Наперсток опять к Иче побежали.
— Ича, князь тебя зовет к себе. Пошли все вместе к князю. Князь говорит Иче:
— Народ мой каждую ночь теряется. Скоро совсем мало людей останется. Не поможешь ли ты нам? Не сумеешь ли ты что-нибудь сделать? Я самую младшую дочь свою тебе за помощь отдам.
Согласился Ича помочь князю и его народу. Говорит князю:
— Свой народ в один чум — в твой самый большой чум всех собери.
После этого Ича принес покровителя деда-лоза, на тропинке поставил. У входа в княжеский чум семь лозов своих посадил, сам недалеко от амбара с отказом притаился. Вот вечер уступил место для ночи. Ночь чуть не к половине своего пути пришла, а все тихо
41
Отзывы (0)