Рассказ «Как было написано первое письмо» — стр.3

Он, задыхаясь, указал на Таффи.
— Где злые люди, которые нападали на вас, деточка? — спросила Тешумай Тевиндрау.
— Никто не нападал, — сказал Тегумай. — За все утро здесь был только несчастный человек, которого вы теперь хотите задушить. В своем ли вы уме?
— Он принес ужасный рисунок, — ответил главный вождь. — На этом рисунке ты был пронзен копьями.
— Это я дала ему рисунок, — сказала сконфуженная Таффи.
— Ты?! — в один голос воскликнуло все племя.
— Шалунья, которую надо наказывать! Ты?!
— Милая Таффи, нам, кажется, достанется, — сказал папа и обнял ее одной рукой. Под его защитой она сразу успокоилась.
— Объяснись! Объяснись! Объяснись! — воскликнул главный вождь и подпрыгнул на одной ноге.
— Я хотела, чтобы чужак принес папин багор, и нарисовала это, — сказала Таффи. — Там нет людей с копьями. Я нарисовала багор три раза, чтобы не ошибиться. Я не виновата, что он как будто попал папе в голову: на березовой коре было слишком мало места. Мама говорит, что там злые люди, а это мои бобры. Я нарисовала их, чтобы показать дорогу через болото. Я нарисовала маму у входа в пещеру; она радуется тому, что пришел милый чужак. А вы все глупые люди! — закончила Таффи. — Он — хороший! Зачем вы обмазали ему голову глиной? Вымойте сейчас!
 Все долго молчали. Наконец главный вождь расхохотался; за ним расхохотался чужой человек (из племени тевара); затем Тегумай стал покатываться со смеху, а потом и все племя стало дружно хохотать. Не смеялись только Тешумай Тевиндрау и другие женщины.
Главный вождь стал припевать:
— О, шалунья, которую надо наказывать! Ты напала на великое изобретение.
— Не знаю. Я хотела только, чтобы принесли папин черный багор, — сказала Таффи.
— Все равно. Это великое изобретение, и впоследствии люди назовут его письмом. Пока это лишь рисунки, а, как мы сегодня видели, рисунки не всегда понятны. Но настанет время, дочка Тегумая, когда мы узнаем буквы и сможем читать и писать. Тогда уж нас все будут понимать. Пусть женщины сейчас смоют глину с головы чужого человека!
— Я буду очень рада, чтобы понимали, — сказала Таффи. — Теперь вы все пришли с оружием, а никто не принес папиного черного багра.
Главный вождь на это ответил:
— Милая Таффи, в следующий раз, когда ты напишешь картинку-письмо, пришли его с человеком, который говорит по-нашему и может объяснить, что оно означает. Мне ничего, потому что я — главный вождь, а остальному племени ты наделала хлопот, и, как видишь, чужак был очень озадачен.
Они приняли чужого человека в свое племя, так как он был деликатен и не рассердился за то, что женщины обмазали ему голову глиной. Но с того дня и поныне (я думаю, что в этом виновата Таффи) лишь немногие маленькие девочки охотно учатся читать и писать. Другие же предпочитают рисовать картинки и играть со своими отцами, как Таффи.