Почтительный сын

Но вот вспомнил он о больной матери и снова к реке пошёл. «Лучше погибнуть, чем с пустыми руками домой воротиться» , — думает.
Только ступил он в воду, как заволокли небо тяжёлые тучи, засверкала стальная молния, загремел гром и поднялись, со дна реки девять могучих драконов. Взмахнули они разом хвостами и загуляли по реке буйные волны. Барахтается в волнах Ван Дон, никак выплыть не может. Вот захлестнула его высокая волна и на берег вынесла. Й снова вошёл Ван Дон в воду, и снова с могучими драконами бороться стал, и в третий раз выбросили его на берег буйные волны.
Совсем обессилел Ван Дон. Поднялся он, шатаясь: в четвёртый раз в воду идти хотел. Но тут раздвинулись чёрные тучи, засверкало ясное солнце и спустились на семицветной радуге прекрасные феи. Подошла одна из них к Ван Дону, взяла его за руку и молвила:
— Не сердись, Ван Дон, что устроили мы тебе испытание. Посмотрел Ван Дон на фею, а перед ним та самая красавица, чтоему во сне являлась!
Посадила фея Ван Дона на радугу и перенесла его на заветную гору.
А гора та словно пёстрым ковром застлана: каких только цветов на ней не растёт!
Идёт Ван Дон, по сторонам поглядывает. Вокруг ручьи бегут, водо-пады шумят, на полянах священные журавли бродят, у озёр мудрые черепахи ползают.
Вдруг говорит ему прекрасная фея:
— Смотри, какое голубое озеро. Искупайся, Ван Дон, надень платье свежее.
Сказала она так и подаёт Ван Дону наряд шёлковый и туфли, что из лепестков розы сотканы. Покачал головою Ван Дон:
— Не могу я, прекрасная фея, купаться в озере. Меня больная мать ждёт. И не нужен мне наряд шёлковый и туфли, что из лепестков розы сотканы, а нужен мне белый персик.
Взяла его тогда фея за руку и к большому дереву подвела. Смотрит Ван Дон — на дереве тток растёт.
( Тток — корейский хлеб. )
— Зачем ты меня привела сюда? — спрашивает он фею. — Не буду я тток есть, пока не найду белый персик.
Засмеялась фея звонко, словно колокольчики серебряные зазвенели.
— Посмотри повнимательнее, Ван Дон, — говорит. — Это и есть белый персик, что на столетнем дереве растёт.
Залез Ван Дон на дерево, сорвал белый персик, а фея ему корзиночку подаёт, точь-в-точь такую же, какую Ван Дон во сне видел.
— Возьми эту корзиночку, — говорит. — В ней травы лечебные, женьшень-корень да рога оленьи. Отнеси это людям. А теперь проси, чего пожелаешь, любое желание выполню.
Подумал Ван Дон, поклонился доброй фее и попросил:
— Сделай так, чтобы все люди на Зелёную гору приходить могли и чтобы не было в речке драконов.
Хлопнула фея в ладоши, и поднялись со дна реки девять драконов.
— Отныне будете жить вы на небе, — сказала им фея, и взлетели драконы в синее небо.
Взяла потом фея мудрую черепаху:
— Хватит тебе, черепаха, без дела в озёрах плавать. Будешь теперь в речке жить да перевозить людей на Зелёную гору.
Сказала так фея и бросила черепаху в реку. Потом посмотрела она на Ван Дона, вздохнула и говорит:
— Прощай, Ван Дон. Жаль мне с тобой расставаться, да ничего не поделаешь — тебе уже домой пора.
Подвела она к Ван Дону священного журавля, сел Ван Дон ему на спину, перелетел журавль через высокие горы и опустился у самого чиби Ван Дона.
Съела мать Ван Дона белый персик и тут же поправилась.
А Зелёная гора и поныне стоит, и называют её теперь «Горой исцеления». Перед горой Река девяти драконов течёт, и ждёт у реки людей мудрая черепаха, чтобы их на волшебную гору перевезти.