Сказка «Заветная тайна»

У одного царя было две жены — две царицы. Давно это было, в те времена почти у каждого царя было по две жены. Старшую, ту, что царь меньше любил, звали Дуо, а младшую, любимую, — Суо. И у обеих не было детей.
Однажды к дворцовым воротам пришел за подаянием святой человек — саньяси. Царица Суо вынесла ему немного рису, а саньяси спросил, есть ли у нее дети. Когда же узнал, что не послал ей всевышний ни сына, ни дочки, то милостыню от нее принимать не стал. Известное дело — у бездетных рука несчастливая. За доброту же ее решил саньяси дать ей волшебное снадобье — как женщина его примет, так вскоре и матерью станет. Ох, до чего обрадовалась Суо! Тут саньяси ей и говорит:
— Вот тебе шарик, проглоти его с соком гранатовых лепестков, и тогда у тебя родится сын. Лицо у него будет красивое, нежное, как далим — цветок граната. Да-лимом ты и назови его. Но помни: твои враги будут стараться извести мальчика. Поэтому будь осторожна. Видишь этот пруд? Там плавает большая рыба, в брюхе у нее шкатулка, а в той шкатулке ожерелье. Это и есть душа твоего сына. Береги ее. А теперь прощай.
Саньяси ушел, а Суо вернулась на свою половину. Месяца не прошло, как пролетел слух, что младшая жена ждет ребенка. Ну и обрадовался царь! Еще бы — значит, жизнь не даром прожита, будет на кого царство оставить.
Все обряды, предшествующие родам, совершили торжественно и пышно. В ожидании наследника ликовал весь народ. В положенное время родила Суо мальчика. Царь чуть ума не лишился от радости.
Шел месяц за месяцем, бежал год за годом. Царевич Далим рос и день ото дня становился все красивее да милее. С утра до ночи не смолкал во дворце его смех, топот его резвых ног. Больше всего на свете полюбил Далим гонять голубей, а голуби частенько залетали в покои к его старшей матери — царице Дуо. В первый раз, когда мальчик пришел за голубями, Дуо отдала ему птиц. Когда так случилось и в другой раз, задумалась Дуо, и пришла ей на ум одна мысль. Дело в том, что Дуо терпеть не могла царевича Далима: ведь с тех пор как он родился, царь признавал одну только Суо, а про свою старшую жену и думать забыл. Прослышала Дуо, будто святой человек одной только матери Далима сказал, где скрыта душа ее сына, а больше о том никто не знает. Вот и решила она, пока мальчик возле нее с голубями занимается, в эту тайну проникнуть, выпытать через Далима, в каком таком месте его душа хранится.
На другой день прилетели голуби в покои Дуо, она возьми их да спрячь! Пришел царевич, а она ему и говорит:
Скажешь мне один секрет — получишь голубей, не скажешь — не получишь.
— Какой секрет, матушка?
Да так, пустяк один. Хочется мне узнать, где у тебя душа.
— Чудное что-то ты меня спрашиваешь! Да где же ей быть, как не в моем теле?
— А вот и нет, сынок. Отшельник сказал твоей матери, что душа твоя где-то в другом месте хранится. Вот мне и хочется узнать, где же это.
— Про это я ничего не знаю.
— Пообещай, что узнаешь у матери, — тогда голубей верну.
— Ладно, спрошу. А теперь давай скорее моих птичек.
— Только не проговорись, ладпо? — сказала Дуо и вернула ему голубей.
Далим-царевич так обрадовался, что тут же весь разговор до последнего словечка и забыл. На другой день голуби снова залетели к царице Дуо и опять Далим прибежал за ними следом. Спрашивает Дуо, узнал ли он секрет, а Далиму и ответить нечего. Долго молил-просил царевич, чтобы не сердилась на него старшая матушка и вернула ему голубей. Наконец получил он их обратно и как наигрался, так сразу же побежал к царице Суо и спрашивает:
— Мама, скажи, где моя душа?
Похолодела от страха бедная Суо. Потом опомнилась и говорит:
— Дитятко ты мое родное, алмаз мой бесценный, месяц мой ясный, лучше и думать про это забудь. Живи сто лет врагам на зло, а мне на радость и ни о чем таком никогда не спрашивай!
А царевич не отстает: скажи, где душа, да и все тут! Не ест, не спит, ни на кого не глядит. Не выдержало сердце Суо, и в недобрый час открыла она сыну заветную тайну.
На следующий день Дуо уже все знала. Не теряя даром времени, она тут же придумала, как расправиться с царевичем. Для начала приказала она служанке постелить ей постель на сухом тростнике. Потом велела сказать царю, что, мол, заболела совсем. Царь пришел ее навестить. Увидела его Дуо и заметалась на постели, будто ей совсем невмоготу. Тут тростник, что вниз был подложен, трещать начал потихоньку. Встревожился царь, послал за лекарем. А с тем лекарем старшая жена еще раньше сговорилась. Он осмотрел Дуо и сказал, что у нее опасная болезнь, костолом называется