Сказка «Матюша Пепельный»

В некотором царстве, в некотором государстве, на ровном месте, как на бороне, от дороги в стороне, жили-были старик со старухой. У них был сын, по имени Матюша.
Рос парень не по дням, а пуще того — ума-разума набирался.
На пятнадцатом году стал он проситься у отца с матерью:
— Отпустите меня, пойду свою долю искать!
Заплакала мать, принялась уговаривать:
— Ну куда, сынок, пойдешь! Ведь ты еще совсем малый, нигде не бывал, ничего не видал.
И старик кручинный сидит. А Матюша стоит на своем:
— Отпустите — уйду, и не отпустите — уйду: все равно дома жить не у чего.
Потужили родители, погоревали, да делать нечего — напекли подорожников, распростились. И отправили Матюшу в путь-дорогу.
Шел он долго ли, коротко ли, близко ли, далеко ли и зашел в глухой темный лес. И началось тут великое ненастье: пошел сильный дождь с градом. Полез Матюша на самый матерый дуб — от бури ухорониться, а там на суку гнездо. В гнезде птенцы пищат. Голодно им и холодно; бьет их градом, дождем мочит. Жалко их стало Матюше, снял он с себя кафтан, покрыл гнездо и сам укрылся. Покормил птенцов из своих дорожных запасов.
Много ли, мало ли прошло времени — унялась буря-непогода. Показалось солнышко — и вдруг опять все кругом потемнело, шум пошел. Налетела большая птица Магай и стала бить, клевать Матюшу.
Заговорили птенцы:
— Не тронь, мать, этого человека! Он нас своим кафтаном укрыл, накормил и от смерти спас.
— Коли так, — молвила птица Магай, — прости меня, добрый молодец, я тебя за лиходея приняла. А за то, что моих детей накормил да от ненастья укрыл, я тебе добром отплачу. Возле дуба кувшин зарыт, отпей из того кувшина ровно три глотка — и увидишь, что будет.
Спустился Матюша наземь, выкопал кувшин из земли и отпил из него ровно три глотка.
Спрашивает птица Магай:
— Ну как, чувствуешь ли в себе перемену?
— Чую в себе такую силу, что кабы вкопать в землю столб до небес да ухватиться за тот столб, так перевернул бы землю-матушку.
— Ну, теперь ступай, да помни: силой своей попусту не хвались, ни от какой работы не бегай, а если беда приключится, кувшин с целебным питьем ищи на прежнем месте.
И опять потемнело все кругом: расправила птица крылья, поднялась над лесом и улетела.
Вышел Матюша из лесу. И в скором времени показался на пути большой город. Только миновал заставу, как навстречу царский дворецкий:
 — Эй ты, деревеньщина, посторонись!
Матюша посторонился, а царский дворецкий остановил коня и говорит:
— Что, молодец, дела пытаешь или от дела лытаешь? Коли дела ищешь, пойдем. Я тебя в работу определю — будешь на царский двор воду возить.
Стал Матюша царским водовозом. От утренней зари до позднего вечера воду возит, а ночевать ему негде: все царской дворней занято. Нашел себе место для ночлега на заднем дворе, куда всякий мусор да печную золу — пепел — сваливали. И прозвали его на царском дворе Матюша Пепельной.
Царь был неженатый и все искал невесту: та не по нраву, другая нехороша, — так и ходил холостой. А тут дошла молва: за тридевять земель, в тридесятом царстве есть у царя Вахрамея дочь-богатырка — такая красавица, что лучше на всем свете не сыскать.
Ездили в Вахрамеево царство свататься и царевичи и королевичи, да назад никто не воротился: все там сложили головы.Узнал царь про заморскую царевну и думает: "Вот как ту царевну высватаю, станут мне все цари, короли завидовать. Пойдет слава по всем землям, по всем городам, что краше моей царицы никого на свете нет".
И тут же приказал корабль снарядить. А сам созвал князей да бояр и спрашивает:
— Есть ли охотники ехать за тридевять земель, в тридесятое царство сватать за меня Настасью Вахрамеевну?
Тут большой хоронится за среднего, а средний — за меньшого, а от меньшого и ответа нет.
На другой день созвал царь боярских детей и именитых купцов и опять спрашивает:
— Кто из вас поедет за тридевять земель, в тридесятое государство сватать за меня Настасью Вахрамеевну?
И опять большой хоронится за среднего, а средний — за меньшого, а от меньшого и ответа нет.
На третий день кликнули на царский двор всех посадских людей. Вышел царь на крыльцо и говорит:
— Кто из вас, ребятушки, поедет за тридевять земель, в тридесятое государство сватать за меня Настасью Вахрамеевну?
Выискались тут охотники ехать в заморские края — не хватает только одного человека. А в ту пору ехал мимо Матюша с водой.
Крикнул царь:
— Эй, Матюша Пепельной, поедем с нами за море сватать за меня богатырку Настасью Вахрамеевну!
Отвечает Матюша:
— Не по себе ты, царское величество, надумал дерево рубить, как бы после каяться не стал!
Рассердился царь:
— Не тебе меня учить! Твое холопское дело — меня слушаться.
Ничего больше не сказал Матюша Пепельной и пошел на корабль.
 Скоро собрались все охотники — и отвалили судно от пристани. Плывут они день и другой. Погода выдалась ясная, теплая.Вышел царь на палубу, довольный, веселый:
— Эх, божья благодать! Как бы конь — мне гулять; как бы лук мне стрелять; как бы мечь — стал бы сечь; как бы красную девицу мне поцеловать!
А Матюша Пепельной ему говорит:
— Будет лук, да не для твоих рук; будет меч, да не тебе им сечь; будет добрый конь, да не тебе на нем ездить; будет и красная девица, да не тебе ею владеть!
Разгневался царь за такие речи пуще прежнего. Велел он Матюше Пепельному руки, ноги сковать да к мачте привязать.
— А воротимся домой после свадьбы — велю голову отрубить!
Прошло еще шесть недель — и приплыл корабль к Вахрамееву царству. Завели судно в гавань, а на другой день отправился царь к Вахрамею во дворец:
— Ваше величество, я царь из такого-то славного государства и прибыл к тебе по доброму делу: хочу высватать Настасью Вахрамеевну.
— Вот и хорошо! — промолвил царь Вахрамей. — Давно у нас женихов не было, заскучала наша Настасья Вахрамеевна. Только, чур, уговор дороже всего. Дочь у меня сильная, могучая богатырка; коли ты богатырь и сильнее ее, исполни три задачи и веди царевну под венец, а нет — не прогневайся: мой меч — твоя голова с плеч. Ступай теперь отдыхай, а завтра чуть свет приходи со своей дружиной. Дам тебе первую задачу. Есть меня в саду дуб, триста годов ращен, и дам тебе меч-кладенец весом в сто пудов. Коли перерубишь с одного удара тот дуб моим мечом, станем тебя женихом почитать.
Воротился царь-жених на свой корабль туча тучей.
Спрашивают дружинники:
— Что, царь-государь, не весел, буйну голову повесил?
— Да как тут, ребятушки, не кручиниться? Велено мне завтра стопудовым мечом самый что ни есть матерый дуб с одного раза перерубить. Совсем напрасно этакую даль ехали — и поближе бы невеста нашлась не хуже здешней. Надо якоря катать да с ночной водой прочь идти.
— Нет, — говорит Матюша Пепельной, — негоже нам воровски, ночью уходить, себя позорить. Я еще на море сказал: "Будет мечь, да не тебе им сечь". Вот и вышло по-моему. Ну да ладно, утро вечера мудренее и вышло по-моему. Ну да ладно, утро вечера мудрее. Ложись, ваше величество, спать, а как придем завтра к царю Вахрамею, ты скажи: "Таким ребячьим мечом пусть кто-нибудь из моих слуг потешится, а мне и приниматься нечего".
 Услышал эти речи царь-жених и обрадовался:
— Ну, Матюша Пепельной, если вызволишь из беды, век твое добро помнить буду!.. Эй, дружина, отвяжите Матюшу Пепельного от мачты, снимите с него железо да выдайте ему чарку водки!
А сам ходит гоголем:
— Хорошее здесь царство! И сам Вахрамей хоть не в мою стать, а тестем назвать можно. На другой день пришли сваты к царю Вахрамею, а там уже собрался весь народ, и Настасья Вахрамеевна в тереме у окна сидит. Увидал ее Матюша Пепельной, и так ему стало хорошо да весело, будто летним солнышком обогрело.
Повели их к могучему дубу, и три богатыря меч несут.
Поглядел царь-жених на меч и усмехнулся:
— У нас этакими-то мечами только малые ребята тешатся. Пусть-ко кто-нибудь из моих слуг побалуется, а мне не к лицу и приниматься.
Тут вышел Матюша Пепельной, взял меч одной рукой:
— Да, не для царской руки игрушка!
Размахнулся и разбил дуб в мелкие щепочки, а от меча только рукоятка осталась.
Взглянула царевна на Матюшу Пепельного и зарделась-зарумянилась, будто маков цвет.
Тут царь жених совсем осмелел:
— Кабы не родню заводить приехал сюда, за насмешку бы посчитал такой ребячий меч!
— Вижу, вижу, — говорит царь Вахрамей. — С первой задачей управились. Завтра поглядим, умеет ли жених стрелять! Есть у меня лук весом в триста пудов, а стрелы по пяти пудов. Надо из того лука выстрелить и сбить одну маковку со старого терема в царстве моего шурина Берендея