Как-то раз шел человек по пустынной дороге. Одежда его была в пыли, босые ноги сбиты в кровь, спутанные космы свешивались на лоб. А из-под них сверкали маленькие и злые глазки.
Вдруг человек остановился и прислушался. Лицо его сморщилось, сам он пригнулся и отбежал к краю дороги: где-то далеко-далеко в горах зазвенела песня. Голос певца разливался вольно и сладко.
Вот песня вырвалась из гор. Обернулся человек – и увидел молодого прекрасного всадника.
Всадник был весел. Радостно глядел он на все, что было вокруг, и ласково поглаживал своего коня между ушами.
Поровнявшись с пешим, он остановился и спросил:
– Далеко ли путь держишь, странник, да будут благословенны дни твоей жизни!
– Далек мой путь, – тихо ответил пеший, взглянув на всадника.
– А ты кто такой, не певец ли?
Всадник улыбнулся и, сверкнув глазами, ответил:
– Я Мард.
– А-а-а… – протянул пеший. – Ну, если ты Мард, то я Намард…
Мард посмеялся ответу. Потом взглянул на сбитые ноги Намарда и предложил:
– Мы теперь попутчики, а дорога у нас дальняя. Не хочешь ли сесть на моего коня? Ведь ты устал!
Намард, спрятав злую улыбку, согласился и сел на коня. А Мард пошел рядом, держась за стремя. Он шел и напевал.
Тихо пел Мард и не ведал, какие черные мысли таятся в голове у Намарда. Вдруг Намард остановил лошадь и, обернувшись к Марду, сказал:
– Видишь вон тот цветок у обочины?
– Да.
– Этот цветок дает силу любви. Сорви его!
– Ты говоришь правду?
– Зачем же мне тебя обманывать? – ответил Намард, сделав обиженное лицо.
Мард отпустил стремя, пошел к цветку. В тот же миг Намард хлестнул коня и, припав к его шее, помчался вперед.
– Остановись! – закричал Мард, но в ответ только эхо захохотало в горах.
Все дальше и дальше удалялся Намард и вскоре превратился в маленькую чуть видную точку. Опустился Мард на землю и горько задумался: "Хотел помочь человеку, а вышло вот что… "Но был он человеком веселым и никогда не унывающим. А потом, погоревав недолго, Мард встал и пошел в горы искать место для ночлега.
К этому времени пламя заката погасло, небо грозно нахмурилось и сильный ветер задул с гор, такой сильный, что Мард едва не валился с ног.
Вокруг – ни души. Марду стало страшно. А тут еще гром грянул, раздирая в клочья темное небо.
Мард ускорил шаги и в кромешной мгле добрался до огромной пещеры. Едва он вошел в нее, как хлынул страшный ливень.
Озябший Мард, забившись в дальний угол пещеры, пытался согреться.
«Вот посижу немного, а потом и костер разведу», – думал он, пытаясь согреть дыханием окоченевшие пальцы.
Но только собрался Мард выйти из пещеры, чтоб набрать хворосту, как услышал рычание, и у входа в пещеру показалась пара зеленых глаз.
– О великий аллах, спаси меня! – прошептал Мард. Он увидел, что глаза эти принадлежали огромному тигру.
Тигр понюхал воздух, зевнул и лег у входа, положив свою страшную голову на могучие лапы. Так он лежал долго, то выпуская, то пряча огромные острые когти.
Но вот через некоторое время к тигру подошел волк, и, тяжко вздохнув, тоже улегся рядом. А еще через некоторое время прибежала красавица лиса.
Тигр любезно осклабился и зарычал в знак приветствия. А волк, еще раз вздохнув, произнес:
– Салам, лиса!..
Мард сидел ни жив ни мертв от страха и только молил аллаха, чтоб звери его не учуяли.
Поговорив о разных новостях, лиса обратилась к тигру:
– Где это ты пропадаешь целыми днями? Ведь ты наш главный охотник. А сейчас на охоте тебя не видно, и в то же время ты такой… – Лиса помахала хвостом, подыскивая слово: – … такой упитанный!.. Не знаю, чем ты живешь, а нам без твоих объедков приходится туго! – пошутила лиса, кивнув в сторону облезлого и худого волка.
Польщенный тигр снова осклабился и зарычал так сильно, что в горах посыпались камни, а дикие козы на скалах замерли от ужаса.
– Вам я могу доверить свою тайну. В-о-он видите большой камень? Там под камнем зарыт бесценный клад. Каждое утро с восходом солнца я прихожу туда и лежу на том месте. Я сыт тем золотом, что зарыто в земле. А больше мне ни о чем и думать не хочется.
Марду был хорошо виден огромный камень, на который указал тигр. Страшно было Марду, но камень тот он запомнил.
Лиса помолчала, потом обратилась к волку:
– Волк, а почему ты такой худой, что ребра за камни цепляются? Может, тебя сушит любовь?
– Какая уж тут любовь!.. – злобно ответил волк. – В долине пасется три тысячи овец. Три тысячи самых жирных, самых глупых и таких вкусных овец! Но их охраняет огромный, злой, как шайтан, волкодав. Стоит мне показаться, как он кидается на меня, словно на неверного…
– Я знаю того волкодава. И еще знаю, что если смешать жидкость из его глаз с листьями вот этого дерева, – лиса кивнула на небольшое деревцо у входа в пещеру, – то получится лучшее лекарство от сумасшествия.
Все помолчали. Потом, сладко зевнув, снова заговорила лиса:
– А я так худею оттого, что совсем перестала охотиться и почти всегда голодна. Целыми днями я слежу за одной мышкой, которая живет в долине. У этой мышки есть двадцать золотых монет, и она играет ими, как бродячие артисты шарами. Каждый день я вижу это, и перед глазами у меня так и блестят те золотые… Я из-за них как зачарованная!
Вскоре звери уснули. Но Мард не мог спать, – он сидел в своем углу и трясся от страха.
Лишь под утро, когда солнце еще не выглянуло из-за скал и все вокруг казалось неясным и серым, звери разошлись. Тогда и Мард выбрался из пещеры. Он нарвал листьев волшебного дерева и пошел искать ту поляну, где мышка играла с золотыми монетами.
Долго искал Мард. Наконец, когда солнце повисло прямо над головой, опустив вниз острые лучи свои и удивленно разглядывая землю, что-то сверкнуло у него перед глазами. Пригляделся Мард и заметил маленькую мышь, которая искусно и ловко играла монетами. Мард кинулся к ней. Мышь испугалась, юркнула в норку и успела захватить с собой только лишь одну золотую монету, а все остальные взял Мард и пошел дальше искать стадо овец.
Только к вечеру набрел он на маленький шалаш пастуха. У входа лежал огромный волкодав. Морда у него была в пене, глаза налиты кровью. Увидев Марда, он бросился на него, чтобы растерзать чужого
66
Отзывы (0)