Сказка «Полэн и Полина»

Жили когда-то маленькие брат и сестра, у которых не было ни отца ни матери.
Мальчика звали Полэн, а девочку Полина. Они никогда не разлучались и очень дружили. Всем, что у него было, Полэн всегда делился с Полиной, и Полина тоже всем, что у нее было, делилась с братом. Жили они совсем одни, и так и выросли вдвоем в доме, который оставил им отец.
И вот однажды, когда они уже выросли, Полина сказала:
— Брат, пора уже тебе жениться.
— Зачем, сестра? К чему приводить в дом женщину, которой мы не знаем? А вдруг она принесет в наш дом раздоры и смуту? Уж пусть наш котелок кипит спокойно на нашем маленьком очаге.
— Не говори так, брат, не слушай глупых речей о том, что, мол, хорошую женщину найти трудно — посмотри хотя бы на меня. Послушай меня и женись, я буду любить твою жену так же, как люблю тебя, а когда тебе надо будет отлучиться, я буду дома не одна — мы будем дожидаться тебя вдвоем. Нехорошо, когда около молодой девушки вроде меня нет рядом женщины. Женись, Полэн.
Не стал спорить Полэн — нашел девушку и женился на ней.
Девушку эту звали Лида, и была она злобная и ненавистная. Она сразу стала ревновать мужа к Полине. (Почему это мой муж ее любит?-думала Лида.-Кто его жена, она или я? Кто станет матерью его детей, она или я? Подумаешь — сестра! У меня тоже есть сестра — ну и что?) Как-то вечером, вернувшись домой, Полэн поцеловал первой не Лиду, а Полину.
Нет слов описать гнев молодой жены, однако она не показала виду и промолчала. Как обычно, они поужинали втроем и легли спать. Полэн сразу заснул, заснула и Полина, но Лида от злобы не могла уснуть и всю ночь проворочалась с боку на бок.
На рассвете, как только пропел петух, Лида вскочила с постели и побежала к своей крестной. Крестная Лиды была злобной старухой, такой злобной, что люди называли ее не иначе как Злюка, потому что ее язык был как ядовитое жало.
Когда старуха замышляла какое-нибудь дурное дело, она становилась хуже бешеной собаки.
Лида рассказала старухе о своей обиде, и крестная сразу надавала ей злых советов о том, как поссорить Полэна и Полину. Вернувшись домой, Лида принялась за дело. Каких только пакостей и небылиц она ни придумывала, но ей не удавалось очернить Полину, и Полэн по-прежнему любил сестру. В душе у Лиды кипела ярость, и женщина твердила себе: (Все равно я своего добьюсь!) У Полэна была необыкновенная собака, которую звали Хватайка — ни олень, ни кабан, ни другие звери, когда она за ними гналась, не могли от нее уйти.
Предложи По-лэну двести пиастров — он и тогда бы ее не продал. Хватайка очень любила Полину и ела только из ее рук, а когда кто-нибудь другой пытался накормить собаку, та не притрагиваясь к еде, уходила прочь.
И вот однажды, когда Полина готовила собаке еду, кто-то позвал ее, и она вышла во двор, оставив чашку с едой на столе. Лида это увидела, мигом достала из кармана рог, наполненный белым порошком, который ей дала Злюка, смешала порошок с едой и ушла. Вернувшись в комнату, Полина взяла со стола чашку, позвала Хватайку и дала ей поесть. Собака съела все до последней крошки и начала скулить. Лида притворилась рассерженной:
— До чего надоели эти животные в доме!
И она выгнала собаку из комнаты. Хватайка как пьяная побрела, шатаясь, через двор, подошла к канаве с водой и стала пить. Пила она, пила, живот у нее раздулся, и Хватайка подохла.
Полэн, возвращавшийся в это время домой, увидел мертвое тело собаки и позвал людей. Полина вышла во двор и увидела, что бедная Хватайка лежит мертвая у канавы. Ноги у нее подкосились, и, чтобы не упасть, ей пришлось сесть на землю. Полэн подошел к ней и сказал:
— Ах, сестра-сестра, Хватайка ела только из твоих рук, и только ты виновата в ее смерти!
Что могла сказать Полина в свое оправдание? Словно тяжелый камень лег на ее сердце.
У Лиды был кот, и во время обеда Полина бросила ему кусок мяса. Лида тут же схватила этот кусок и выкинула во двор со словами:
— Не смей! Ты ведь знаешь, что твоя рука приносит животным смерть; не смей кормить мою кошку, я не хочу, чтобы она подохла. Когда я захочу убить ее, вот тогда и попрошу, чтобы ее покормила ты!
Смолчала Полина. Из-за того что Лида ее так ненавидела, жить дома ей становилось все хуже и хуже. Но куда ей было деваться? Кроме брата у нее никого не было, и она по-прежнему оставалась в доме, хотя Полэн после того, что случилось с собакой, уже не был с нею так добр и ласков, как раньше.
Прошло девять месяцев как Полэн женился на Лиде, и Лида родила мальчика — красивого мальчика. Полэн и Полина были очень рады, и Лида тоже притворялась, что рада; однако в душе она исходила злобой, потому что младенец, прося грудь, плакал день и ночь и не давал спать. Когда начали прорезаться зубы и младенец кричал не переставая, мать стала награждать его шлепками. И вот однажды Полина взяла его на руки и стала играть с ним и забавлять его, и ребенок затих.
Дети, даже совсем маленькие, чувствуют, кто любит их, а кто нет. Мальчику еще шести месяцев не исполни-. лось, а он всегда, когда был на руках Лиды, тянулся к Полине. Кончит сосать и сразу начинает плакать и просится к Полине на руки. А как только Полина возьмет его, сразу замолкал и успокаивался.
Лида места себе не находила от ревности. (Как,-говорила она себе,-и он тоже любит Полину больше, чем меня, свою мать? Так не бывать же этому, пусть я даже лишусь ребенка!) Как-то младенец заболел. Врач осмотрел его и сказал, что ребенка надо отнять от груди, потому что молоко у матери нехорошее — наверно, она беременна.
Полэн взял сына у Лиды и отдал Полине. Полина, словно родная мать, стала заботиться о нем, купать его и кормить. Спать малыша Полина укладывала с собой в свою широкую кровать. (Если ему будет нужно что-нибудь ночью,-решила она,-то я сразу услышу, как он плачет).
А Лида так возненавидела теперь Полину, что видеть не могла больше своего ребенка, и младенец, когда мать склонялась над ним, начинал страшно кричать
— такие злые были у нее глаза.
И вот однажды ночью, когда все в доме крепко спали, Лида подкралась тихонько к кровати Полины, схватила несчастного младенца за шею и удушила его. Потом, так же тихо вернувшись в свою комнату, она легла и прислушалась, но никто не шевелился, все крепко спали.
Рано утром на другой день пропел петух, и Полина поднялась с постели. Стала хлопотать по хозяйству, сварила кофе — ребенок лежит, не шелохнется. Полина
засмеялась: — Ну и соня же ты, малыш!
Солнце поднялось — младенец лежит, не шевелится.
— Эй, малыш, уже колокол пробил!
Подошла Полина к постели, перевернула младенца и, едва взглянув на него,
закричала:
— О Боже!
И она без чувств рухнула на пол.
Полэн услышал крик, а потом звук падения и, бросившись в комнату сестры,
увидел: глаза у бедного мальчика закатились под лоб, а тело все черное. Он ощупал ребенка и закричал:
— О Боже, Лида, Лида, наш маленький умер!
Лида как ветер влетела в комнату, подхватила младенца на руки и, крича, пнула лежащую без чувств Полину. Она сказала мужу:
— Если так пойдет дальше, эта негодяйка убьет всех, кто живет с ней в доме!
Полэн словно лишился разума. Он схватил Полину, взвалил на спину, отнес в лес и там отрубил ей топором кисти рук. Бедная Полина, обливаясь кровью, сказала ему:
— О брат мой, мне, твоей сестре, ты отрубил руки, но скоро тебе придется плохо, и вот тогда ты обо мне вспомнишь!
Полэн ушел, оставив ее в лесу одну. Так бы и умерла Полина, но только вдруг она услышала шорох, и из зарослей показалась красивая маленькая собачка с длинной шерстью. Собачка потянула Полину за платье, словно звала за собой, и Полина, собрав последние силы, пошла за ней