Сказка «Полэн и Полина» — стр.3

Узнав, что Полина родила ему обезьянку и щенка, бедный молодой король загоревал и ему даже не захотелось возвращаться домой.
Так тяжело было у него на сердце, что он провоевал пять или шесть лет Наконец, когда душевная боль немного поутихла, он вернулся домой. Там король первым делом спросил:
— Где мои дети, где Полина, где Наместник?
Люди рты разинули от удивления, услышав эти вопросы. К счастью, письмо короля сохранилось в ящике его стола. За ним сбегали и отдали королю в собственные руки. Король прочитал и теперь разинуть от изумления рот пришлось ему.
— Позовите ко мне гонца, который принес письмо,- сказал он. Когда гонец узнал, что король зовет его, душа у него ушла в пятки; но, хоть ноги у него подкашивались от страха, ему все равно пришлось пойти.
Король стал расспрашивать гонца, и тот рассказал обо всем, что с ним произошло, когда он носил письма. Король все понял, и неописуем был его гнев. Только одно слово он сказал: (Несчастный!)-и гонец повернулся на месте несколько раз как юла и повалился на землю. Король поднял его за волосы, поставил на нога и сказал:
— Веди меня к этой старой колдунье! Ну, иди! Когда они пришли к дому Злюки, король расставил вокруг дома стражу, а сам с гонцом вошел внутрь. Злюка прямо подпрыгнула, когда увидела их. Король спросил у гонца:
— Она?
— Она, ваше величество!
Тогда король велел ему связать старухе руки и ноги и положить ее на стол.
После этого они вышли во двор, и король приказал поджечь дом с четырех углов. Злюка научала кричать, и вдруг, ярко вспыхнув, она взорвалась и умерла — и пусть ветер развеет ее прах!
После смерти Злюки король разослал во все стороны гонцов искать Полину. Они ездили, искали, спрашивали, но так и не нашли. Вернулись и рассказали королю об этом. Король затосковал, выслушав их, и стал худеть.
Прошло еще два года. Однажды король охотился в лесу, и его собаки подняли вдруг оленя. Король выстрелил и ранил его, однако олень не упал, а помчался как ветер. Он бежал и бежал, и собаки, устав, в конце концов отказались от погони. Только у короля оставались еще силы его преследовать. Когда бежавший олень видел, что король отстает, он останавливался; потом, видя, что король снова его догоняет, опять убегал. Так прошло два дня, и солнце уже третий раз клонилось к закату, когда они вышли на открытое место. Теперь ничто не загораживало дорогу оленю, и у него будто выросли крылья. Король посмотрел, а олень уже далеко-далеко, его не догонишь. Король сорвал с головы шляпу, махнул ею и со смехом закричал:
— Эй, друг, ты и вправду умеешь бегать!
Олень ничего ему не ответил и исчез вдали.
Оставшись один, король огляделся и увидел, что места эти ему незнакомы, он здесь никогда еще не бывал. Король подумал, что хорошо бы ему найти дом, где бы он мог остановиться на ночлег и где бы его немного покормили — после двух дней охоты он чувствовал голод. Он пошел, оглядывая все вокруг, и вдруг увидел вдали огонек. Он двинулся по направлению к огоньку и увидел небольшую хижину с кровлей из индийского нарда. Дверь была закрыта, и король в нее постучал. Стало слышно, что в хижине кто-то тихо ходит — будто боится, что его услышат. Король крикнул:
— Откройте, если у вас доброе сердце! Я устал и хочу-есть, помогите мне — Бог вас за это наградит!
Дверь отворилась, и король вошел. В хижине не было никого, кроме молодой женщины. Уже темнело, и король не мог разглядеть ее лица, но ему показалось, будто лицо это ему знакомо — оно было похоже на лицо Полины. (Айо, бедная Полина,-подумал он,-где-то ты сейчас?) Король попросил у молодой женщины чего-нибудь поесть, и она дала ему бататов, маниока и кусок жареного зайца.
Положив все на тарелку, она поставила ее перед королем на стол. (Бедная Полина,-подумал он,-у нее не было рук, чтобы мне подавать!) Король ел и смотрел на молодую женщину, однако она не смотрела на него, будто чего-то боялась. Обоим было как-то не по себе. Вдруг король услышал вдалеке лай собаки. (Не может быть! — подумал он.-Ведь это Наместник, я узнаю его голос!) Лай приближался. Король прислушался: собака была не одна, с ней были двое мальчиков, которые подражали ее лаю. Король поднялся и стал в дверях.
Ночь уже наступила, и снаружи царила непроглядная тьма. Но тут король начал протирать глаза, потому что увидел нечто такое, чего не видывал никогда. На лбу у каждого из мальчиков, бежавших к дому вместе с собакой, сияла звезда.
Обе звезды были такие яркие, что вокруг стало светло, как днем. Король смотрел как завороженный на это чудо, и вдруг собака, бежавшая вместе с детьми, его почуяла. Завизжав, она бросилась к королю и стала прыгать, пытаясь лизнуть его в лицо. Потом, громко лая, она забила хвостом и начала кататься по полу и лизать королю ноги. Она лаяла, пока не охрипла. Король
воскликнул:
— Так ведь это же ты, Наместник, ты!
Он взял пса на руки, и оба заплакали — так они были рады!
Потом, обернувшись, король бросился к молодой женщине и обнял ее:
— Полина, моя Полина!
И он стал целовать ее.
Еще до того, как пропел петух и наступил рассвет, они покинули ветхую лачугу и отправились в обратный путь, во дворец. Хотя солнце еще ке взошло, они легко находили дорогу — им освещали ее звезды, сиявшие во лбу у мальчиков.
После трех дней пути они прибыли во дворец. Ну и обрадовались же там все!
Придворные стали кричать, смеяться и петь.
Благодаря живой воде руки у Полины были теперь снова с пальцами, так что было на что надеть обручальное кольцо. Король попросил ее руки, а потом надел кольцо ей на палец.
Они устроили роскошный пир, но когда уже все садились за стол, в столовую вошел и стал просить милостыню убогий нищий. Он шел хромая, на костылях, глаза у него были красные от слез, а рот кривой, как у рыбы, которая сорвалась с крючка.
Полина посмотрела на нищего и бросилась к нему на шею:
— Ведь это Полэн, мой брат!
И Полэн (это и вправду был он) рассказал им обо всем, что с ним было за эти годы