Сказка «Сказка о Каирбеке» — стр.2

Тебе надо будет самому придумать, как продлить бег, чтобы ее лошадь устала раньше твоей; дело в том, что ее лошадь имеет силу лишь до тех пор, пока ее трижды не ударят плетью, а затем слабеет и становится негодной для бега. Вот все, что мы могли тебе сказать; теперь твое дело самому придумать хитрость, чтобы одержать победу над сестрой.
Каирбек поблагодарил молочных братьев красавицы за совет и стал готовиться к состязанию.
Красавица, узнав о новоприбывшем смельчаке, коварно улыбнулась и назначила день бега, а ее приближенные уже мысленно делили между собой коня и одежду Каирбека, вполне уверенные в его гибели.
И вот наконец настал день состязания в беге. Каирбек выехал на своем дуль-дуле, который успел за несколько дней отдыха и хорошего корма скова набраться сил. На поляне за ханским дворцом Каирбек поравнялся с красавицей, сидевшей на прекрасной белоснежной лошади. Девушка сразу поразила юношу своим видом; у нее действительно было лицо необычайной белизны, а роскошные волосы, подобно черной мантии, покрывали ее плечи и спину, и вся она была так пленительно прекрасна, что сердце Каирбека забилось от восторга, и он поклялся в душе сделать все, чтобы завладеть красавицей.
– Выслушай меня, прекрасный юноша, – обратилась девушка с очаровательной улыбкой к Каирбеку, – от дворцовой ограды до межи, которая там далеко в поле, мы будем ехать вместе, а от межи обратно наперегонки, и если ты отстанешь, то вот этот меч снесет твою голову!
И она указала на оружие, висевшее в драгоценных ножнах у ее золотого пояса.
– Будь по-твоему, красавица! – покорно ответил Каирбек, и они поехали.
Путь до межи показался очень коротким для ханского сына, и, когда красавица, доехав до межи, повернула своего коня, он обратился к ней с вопросом:
– Как? Ты думаешь скакать отсюда?! Тогда не следовало мне и предпринимать столь далекого путешествия ради такого пустяка – я не ребенок, чтобы со мною играть!
– Хорошо! – ответила девушка, – поедем дальше, до следующей межи.
И они опять поехали. Доехав до новой границы, красавица опять повернула лошадь, и снова обратился к ней с просьбой Каирбек:
– В стране, откуда я приехал, воля гостя священна; уважь же мою просьбу, позволь ехать дальше, – мне стыдно будет скакать отсюда, проехав так мало.
– В моей стране воля гостя также священна, и я не могу отказать тебе в просьбе; едем дальше, – ответила царевна.
И они поехали снова. На третьей меже красавица уже решительно повернула своего коня, но Каирбек опять обратился к ней:
– Я надеюсь, что ты и теперь исполнишь мою просьбу и проедешь со мной еще один перегон. В стране, откуда я приехал, верх всегда на стороне мужчины, и женщины охотно уступают нам, а мы за это им платим своей любовью; докажи, что и ты ничем не хуже наших красавиц.
И на этот раз девушка уступила просьбе Каирбека, только очень неохотно.
– Ты слишком злоупотребляешь моей уступчивостью, – сказала она, нахмурясь, – но пусть не думает чужеземец, что наши девушки менее любезны. Едем дальше; но знай – это будет последняя уступка с моей стороны.
– Клянусь тебе, красавица, что я больше не буду злоупотреблять твоей добротой, – ответил ей Каирбек. И они поехали дальше. На четвертой меже оба остановились и повернули коней.
– Отсюда начнется наше состязание, приготовься! – сказала красавица.
Не успел Каирбек моргнуть глазом, как коварная девушка ударила своего коня плетью, птицей унеслась вперед и через минуту совершенно исчезла из виду. Быстроногий дуль-дуль Каирбека, точно сознавая, что от него зависит успех задуманного и жизнь его господина, стрелой помчался вперед, почти не касаясь земли своими тонкими ногами. На третьей меже Каирбек поравнялся с красавицей, которая там отдыхала. Увидя приближавшегося юношу, девушка снова ударила плетью своего скакуна и снова скрылась из виду. На второй меже повторилось то же самое.
«Пока все идет хорошо», – думал про себя довольный Каирбек.
Девушка в третий раз ударила своего коня, а ехать надо было еще два перегона.
– Ну, мой прекрасный дуль-дуль! Сослужи службу своему господину! – сказал юноша и ласково потрепал коня по атласной шее.
Благородный конь, точно чуя просьбу Каирбека, радостно заржал и птицей полетел вперед. Предположение ханского сына вполне оправдалось: на последнем перегоне лошадь красавицы, видимо, ослабела и стала бежать медленнее. Заметив это, Каирбек подскакал к девушке и, сбив с ее прекрасной головы золотую шапочку, насмешливо сказал:
– Ну, где тебе браться за мужские подвиги! Тебе ли, слабой женщине, перехитрить джигита?
Гордая девушка вспыхнула от оскорбления, но сдержала себя и покорно вымолвила:
– Ты перехитрил меня, юноша, и вот тебе моя рука. Я обещаю тебе быть верной и любящей женой, мой повелитель. Только хоть я и слабая женщина, как ты сказал, но придет, быть может, время, когда я докажу тебе мою силу. А теперь поедем объявлять моим приближенным о нашей свадьбе.
Велико было изумление всех царедворцев, когда они увидели Каирбека, ехавшего рядом с красавицей. Нашелся, наконец, удалец, который сломил гордость их повелительницы!
Скоро была отпразднована пышная свадьба, и молодые, окруженные телохранителями и слугами, поехали в ханство отца Каирбека.
Дорога, по которой они ехали, пролегала возле двух больших дремучих лесов, в которых, как говорили, жили волшебницы девы. И вот, когда свадебный поезд поравнялся с первым лесом, на его опушке показался всадник с ружьем в руке. Не успел Каирбек хорошенько всмотреться в неизвестного наездника, как грянул выстрел, и пуля, посланная меткой рукой неизвестного стрелка, сбила шапку с головы молодого хана.
– Стойте все здесь и ждите моего возвращения – я должен наказать дерзкого! – крикнул взбешенный Каирбек своим телохранителям.
Те стали убеждать его не рисковать, но молодой хан, не слушая их, помчался в лес в надежде догнать неизвестного джигита. А тот будто дразнил его: показываясь среди деревьев, он мгновенно исчезал, чтобы снова через минуту появиться в той или другой стороне леса; он явно ускользал от преследований Каирбека. Но вот дуль-дуль вынесся на поляну и почти настиг всадника у маленькой избушки. Вдруг преследуемые конь и всадник пропали из виду пораженного Каирбека. "Верно, это и есть одна из тех волшебниц дев, про которых мне говорили, – подумал он, – но не я буду, если не накажу достойным образом волшебницу!"Спрыгнув с коня, он смело вошел в хижину и нашел в ней двух мирно беседующих женщин, из которых одна была стара и безобразна, а другая молода и ослепительно прекрасна. Дивные волосы из шелка и серебра роскошными кудрями рассыпались вдоль ее стройного стана, а чудные глаза горели, как звезды ночные. Как ни был Каирбек ослеплен красотой девушки, он не растерялся.
– Это ты, коварная, стреляла в меня? – грозно спросил он, хватая за руку красавицу. Девушка в ответ только засмеялась, показав свои жемчужные зубки.
– Будешь ли ты мне отвечать? – уже с бешенством крикнул Каирбек, наматывая роскошные волосы красавицы на свою руку. – Сознайся, или я покажу тебе, как со мной шутить!
Но девушка по-прежнему молчала, бросая насмешливые взгляды на молодого хана.
– Хорошо же, будешь ты меня помнить! – И он начал наносить красавице удары плетью.
– Лучше сознайся, и я, клянусь тебе ханским словом, возьму тебя в жены! – снова обратился он к красавице.
– Ты верно угадал: стреляла я, чтобы заманить тебя; ты сразу приглянулся мне своей красотой, – сказала девушка, – но помни свое слово жениться на мне.
– Джигит никогда не бросает слов на ветер; теперь собирайся в путь, а по приезде в ханство моего отца мы отпразднуем нашу свадьбу.
– Я сейчас буду готова, дай мне только попрощаться с женщиной, которую ты здесь видел.
– А кто эта женщина? – спросил Каирбек. – Твоя мать или, быть может, сестра?
– Кто она, я не скажу тебе, – со смехом ответила красавица. – Сестра же моя младшая так прекрасна, что при ней ты даже не захотел бы на меня взглянуть.
При этих словах девушка лукаво переглянулась с безобразной старухой.
коро Каирбек со своей невестой присоединился к ожидавшему его поезду, и все тронулись в дальнейший путь. К вечеру путники подъехали ко второму лесу; здесь Каирбек распорядился остановиться на отдых, и сам, отделившись от телохранителей, хотел вознести вечернюю молитву аллаху; но в это самое время его внимание было привлечено ехавшим навстречу всадником. «Кто он и что нужно от меня одинокому путнику?» – подумал Каирбек.
Незнакомец, приблизившись к молодому хану, сказал ему:
– Мне еще не приходилось видеть такого славного джигита, каким выглядишь ты; и было бы лестно для моего самолюбия испытать силу и искусство в единоборстве с тобой.
– Ты, кажется, бросаешь мне вызов? – удивленно спросил Каирбек. – Но кто ты и где твое жилище?
– Кто я и где мое жилище, тебе нет надобности знать, а лучше отвечай, принимаешь ли мой вызов?
– Я привык биться, зная своего врага, тебя же я не знаю, – гордо ответил молодой хан и с презрением отвернулся от всадника.
– Ты, верно, трус! – насмешливо заметил неизвестный юноша.
– Кто дал тебе право оскорблять меня? Что я не трус, тебе скажет моя пуля! Становись, я принимаю твой вызов! – уже с гневом крикнул Каирбек.
Решено было драться на ружьях. Когда враги стали заряжать их, то оказалось, что у одного противника был в запасе только порох, а у другого одни пули; тогда они, не задумываясь, поделили между собой поровну свои запасы и, отмерив на поляне расстояние в тридцать саженей, приступили к поединку.
Раздались выстрелы, зажужжали пули, но оба противника оставались целы и невредимы. Наконец Каирбеком был выпущен последний заряд.
– Остановись! – крикнул он незнакомцу. – Поединок кончен – у меня нет больше зарядов.
Но незнакомец, точно не слыша слов молодого хана, прицелился в него из ружья.
– Ты не джигит, а разбойник! – грозно крикнул Каирбек и, обнажив свой меч, бросился на него. Ловко увернувшись от направленного оружия, неизвестный юноша мгновенно вскочил на коня и понесся в лес. Каирбек, видя это, прыгнул на своего быстроногого дуль-дуля и помчался за ним. "Наверное, это тоже волшебница дева, – подумал он, – но я усмирю ее!"При преследовании с ним повторилось то же самое, что было в первом лесу; только девушка, найденная им в хижине, была несравненно прекраснее его невесты, а волосы ее были из чистого золота и серебра. Долго она упорствовала, не желая сознаваться; но когда Каирбек поклялся ей, что возьмет ее в жены, красавица созналась, что это она была переодетым всадником и с целью заманить его к себе предлагала поединок.
– Да разве ты знаешь меня? – спросил ее Каирбек.
– Как же мне не знать тебя, когда я родная сестра твоей невесты и присутствовала при твоем объяснении с нею? – сказала девушка.
— Так, значит, та безобразная старуха… – начал изумленный Каирбек.
– И есть девушка, которая в настоящую минуту стоит здесь перед тобой, – с лукавым смехом докончила красавица.
Скоро Каирбек со второй своей невестой присоединился к ожидавшему его поезду.
– Ну что, правду ли я сказала тебе, – спросила первая невеста Каирбека, – что моя младшая сестра несравненно прекраснее меня?
– Не знаю, как для кого, а для меня вы все три прекрасны, – ответил довольный Каирбек.
– Спасибо тебе на ласковом слове! В свое время мы все тебе пригодимся! – сказали невесты и жена Каирбека.
Теперь свадебный поезд беспрепятственно продолжал свой путь и скоро поравнялся с третьим лесом, в котором ханский сын оставил своего изнемогавшего спутника.
Молодой хан велел всем остановиться, а сам углубился в лес, стал искать и звать товарища и скоро нашел его в чаще фруктовых деревьев. Юноша глазам своим не поверил, увидев своего товарища.
– О Каирбек! – радостно воскликнул он. – Тебя ли я вижу здоровым и невредимым? – И он горячо стал обнимать и целовать своего друга.
Каирбек подробно рассказал ему о своих приключениях и торопил его скорее выбраться из леса.
Наконец все собрались вместе и вполне благополучно доехали до владений старого хана, где немедленно было отпраздновано сначала счастливое возвращение Каирбека, а затем его свадьбы с двумя красавицами волшебницами. Для житья ему был отведен особый дворец, отделявшийся от дворца старого хана большой поляной.
И вот в то время, когда Каирбек блаженствовал и предавался полному покою, над его головой собралась нежданная гроза.
Старик хан был так пленен красотой своих невесток, что решил как-нибудь овладеть ими. Приближенные, заметив это, не только не отговаривали его от гнусной затеи, а даже из желания выслужиться всячески содействовали ему советами и разжигали желание старика. Самые жестокие предлагали лишить жизни Каирбека, другие же говорили, что сначала надо посоветоваться со знахарем и поступить так, как он укажет. Позванный знахарь посоветовал старику хану притвориться тяжело больным и объявить Каирбеку, что только он один может спасти отца от смертельного недуга, если не побоится совершить трудный подвиг, чтобы завладеть необходимым лекарством.
Старик хан выполнил в точности совет знахаря: лег в постель и велел своим приближенным распространить весть о его тяжелой болезни.
Скоро слух о болезни старого хана Дошел до дворцовых покоев Каирбека. Горячо любя отца, молодой хан решил немед-ленно поехать к больному и лично убедиться, верны ли были слухи