Сказка «Калле Блюмквист - сыщик» — стр.24

— Никогда не слыхал!
   — Странно, — удивился комиссар. — Он живет на Большой улице, четырнадцать. Вот, смотрите!
   Стенберг вынул письмо и протянул его Бьорку. Будь при этом Калле, он сразу узнал бы этот листок.
   Вверху стояло: «Стокгольм, в уголовную полицию».
   Внизу подпись: «Карл Блюмквист, частный сыщик».
   Бьорк расхохотался.
   — Да ведь это мой дружок Калле Блюмквист. Частный сыщик, скажи пожалуйста! Да ему лет тринадцать, этому частному сыщику!
   — Но чем же вы объясните, что он прислал нам отпечаток пальца, точно совпадающий с тем, который мы обнаружили в июне на Банергатан? Слыхали, наверное, — крупная кража драгоценностей? Чей это отпечаток? Сейчас нас это интересует больше всего. Это наша единственная нить. У нас нет никаких сомнений, что грабителей было несколько: одному не под силу сдвинуть с места тяжеленный сейф. Но только один из них оставил отпечатки пальцев. Остальные, очевидно, были в перчатках.
    Бьорк задумался. Он припомнил осторожные расспросы Калле, когда они встретились на днях на площади: «Что надо делать, когда знаешь, что человек — преступник, а доказать не можешь?» Выходит, Калле Блюмквист какимто образом напал на след грабителей!
   — По-моему, нам остается только пойти к Калле и спросить его самого.
   — Да, и как можно скорее, — подхватил комиссар и скомандовал:— Большая улица, четырнадцать!
   — Есть Большая улица четырнадцать! — сказал полицейский и сел за руль.
   И машина умчалась.
   Алые розы изнывали от скуки. Что это еще за новая мода у Белых — ни с того ни с сего заключать мир, когда война началась так многообещающе! Чем это они так заняты, что добровольно отказываются от такого удовольствия?
   — По-моему, нам надо пойти пооскорблять их немного, — предложил Сикстен,может, они образумятся.
   Бенка и Йонте ничего не имели против. Но в штабе Белых роз было тихо и пусто.
   — Где их нелегкая носит? — удивился Йонте.
   — Подождем, — сказал Сикстен. — Когда-нибудь же они вернутся.
   И Алые розы удобно расположились на чеодаке. Они обнаружили множество старых журналов, которыми Белые розы развлекались в плохую погоду. Нашлись также шахматы и роскошный стол для игры в пинг-понг. Словом, в развлечениях недостатка не было.
   — А у них шикарный штаб, — заметил Бенка.
   — Да-а, — отозвался Сикстен. — Эх, если бы и у меня в гараже поместился стол для пинг-понга!
   Они играли в пинг-понг, съезжали по веревке и влезали обратно, рассматривали картинки в журналах, и их ничуть не беспокоило, что Белые розы блистают своим отсутствием.
   Сикстен стоял у открытого люка, держась за веревку. В это время в саду показался человек. «Вон идет тот тип, родственник Евы-Лотты… как его там… дядя Эйнар. Жуть, до чего торопится», — подумал он. Дядя Эйнар посмотрел наверх, увидел Сикстена и вздрогнул.
   — Ты ищешь Еву-Лотту? — спросил он через секунду.
   — Да, — ответил Сикстен. — Вы не знаете, где она?
   — Не знаю.
   — Жалко, — сказал Сикстен и съехал вниз по веревке. Дядя Эйнар просиял.
    Сикстен полез обратно.
   — Ты опять наверх? — спросил дядя Эйнар.
   — Ага, — подтвердил Сикстен и проворно полез дальше. Сразу было видно, что у него пятерка по физкультуре.
   — А что ты там будешь делать? — спросил дядя Эйнар.
   — Ждать Еву-Лотту.
   Дядя Эйнар немного походил взад и вперед.
   — Я теперь припоминаю: Ева-Лотта с ребятами собиралась куда-то на прогулку. Они раньше вечера не вернутся! — крикнул он Сикстену.
   — Жалко, — сказал Сикстен и съехал вниз.
   Дядя Эйнар просиял.
   Сикстен полез обратно.
   — Ты что, не слышал, что я сказал? — Дядя Эйнар начинал нервничать.Евы-Лотты не будет дома целый день!
   — Жалко, — сказал Сикстен. — Очень жалко.
   И полез дальше.
   — Что же ты там будешь делать? — спросил дядя Эйнар.
   — Смотреть картинки, — ответил Сикстен.
   Теперь дядя Эйнар уже не сиял. Он нетерпеливо шагал взад и вперед.
   — Эй, ты, наверху! — крикнул он через минуту. — Хочешь заработать крону?
   Сикстен выглянул в люк.
   — Еще бы! А как?
   — Сбегай в магазин на площади, купи мне пачку сигарет!
   — С удовольствием, — сказал Сикстен и съехал вниз.
   Дядя Эйнар вручил ему пять крон, Сикстен припустился бежать и исчез. Дядя Эйнар просиял больше прежнего.
   Тут в люк высунул голову Бенка. Симпатяга Бенка с белобрысыми курчавыми волосами и курносым носом. У кого хватило бы сердца ругаться при виде такого славного парня? А вот дядя Эйнар выругался, да еще как!
   Вскоре вернулся Сикстен. В руке он держал большой кулек. Он отдал дяде Эйнару сигареты и крикнул Алым:
   — Во, ребята, я купил булок у Евы-Лоттиного папы на целую крону, а он никогда не жадничает. Еды у нас теперь хватит на весь день, и домой идти не надо.
   Тут дядя Эйнар выругался еще более замысловато и большими шагами пошел прочь.
   Алые розы продолжали рассматривать журналы, играть в пинг-понг и съезжать по веревке. Они уписывали булки, и их ничуть не беспокоило, что Белые розы блистают своим отсутствием.
    — Вам не кажется, что у этого чудака не все дома? — спросил Сикстен, когда дядя Эйнар в четвертый раз появился около булочной. — И чего он носится, словно курица с яйцом? Неужели ничем полезным нельзя заняться?
   Шли часы, Алые все играли в пинг-понг, листали журналы, съезжали по веревке, поглощали булки, и их ни капельки не беспокоило, что Белые розы все не появляются.
15
   Темно, всюду темно! Лишь изредка через какую-нибудь щель вдруг пробьется тоненький луч света. Но карманный фонарик еще горит. Без него пришлось бы худо. Нелегко пробираться по подземным переходам. Дорогу то и дело загораживают большие камни; сыро, скользко и холодно. Неужели придется провести здесь ночь? Много ночей?
   Ева-Лотта, Андерс и Калле держатся за руки. Свет фонаря падает на сырые, заплесневелые стены.
   — Каково было беднягам, которые здесь раньше сидели! — заговорила Ева-Лотта. — И, наверное, по многу лет!
   — Им хоть есть давали, — проворчал Андерс. От одной булочки долго сыт не будешь, и он очень проголодался. Небось дома сейчас как раз обедают…
   — У нас сегодня фрикадельки на обед, — вздохнула Ева-Лотта.
   Калле молчит. Он зол на себя за то, что вообще связался с этой работой сыщика. Сидели бы они теперь дома на чердаке, воевали бы с Алыми, кушали фрикадельки, катались бы на велосипеде, купались и мало ли что еще! А вместо этого они бредут здесь в темноте, и даже страшно подумать, что их ожидает…
   — Уж лучше пойдем обратно, к старому месту, — предложила Ева-Лотта.Нового ничего не увидим, дальше будет все то же. Везде одинаково темно и противно.
   — Давайте хоть дойдем до конца этого перехода, а потом повернем,возразил Андерс.
   Ева-Лотта ошиблась: не везде их ожидало одно и то же. Этот переход кончался лестницей. А лестницы обычно соединяют между собой этажи!
   Андерс, Калле и Ева-Лотта стоят и молча смотрят на узкую винтовую лесенку, ступени которой стерты множеством ног