Шут

Пока он прогрыз, они в это время далёко отъехали, а он опять гонится и начинает огненные стрелы спускать. Конь и говорит:
— Ну-ко, Иванушко, спустись на землю и узнай, далеко ли Шут гонится.
И Ванюша, конечно, спустился, только спустился, слышит — земля так трясется, что Ваня закатался, как мячик, и упал на землю, что стоять не может. Конь и говорит:
— Ну, Ваня, близко ли Шут?
— Не знаю, земля очень трясется, стоять не могу. Упал и подняться не знаю как!
— Эх, Ваня, Ваня, слабый ты. Ну, да ладно.
Спустился конь на колени, взял Ванюшу в зубы и подкинул его на спину.
— Ну, спускай мне теперь под хвост платок. Уж сейчас мы уедем, а не уедем, так убьет нас Шут.
И вот он только успел спустить платок, то стало огненное море назади.
— Ну, теперь, Ваня, мы уедем.
И Шут позади, бросился в огненное море, и закричал:
— Ну, счастлив, что увез у меня платок, а не увез бы — догнал и убил бы вас обоих!
И так Шут залетел и сгорел в море.
И вот они приехали на одну равнину. Это было, наверно, недалеко от города, уж конь это знал.
— Ну, теперь, Ванюша, сходи с меня и повались спать. Ты сам знаешь, мы утомились, не спали долго.
— Да, дорогой мой конь, спать-то бы недолго, да ты сам видишь — платья нет у меня, я наг.
— Ну, что ж, Ваня, что наг. Вот видишь — волы ходят, сдери с них шкуру, завернись в шкуру и повались спать.
И Ваня пошел, сдернул с одного вола шкуру, завернулся в нее и повалился на траву, а конь его ушел траву есть. Но конь, конечно, пошел не траву есть, а побежал в город и узнал, что у царя дочь выходит замуж и царь ищет садников, чтобы засадить сад золотыми яблоками, и успели яблоки через три дня. И за это отдаст, что тот пожелает. Дочь его выходит замуж за одного германского короля, и нужно это к свадьбе приготовить. И вот прибегает конь, конечно, и будит Ивана:
— Ну, Иванушке, ставай, ведь выспался теперь уж?
— Дорогой мой конь, разве я долго спал?
— Да, порядочно, отдохнул. Теперь ты иди в город. Вот отсюда неподалеку будет город, верстах, может быть, в пяти, и там царю нужны садники. И ты становись, где садники стоят. Как ты большого росту — становись на правый фланг. Тогда будет царь выкликать садников по-очереди, кто может засадить ему сад золотыми яблоками и вырастить это. Он будет предлагать за три дня. И вот когда дойдет до тебя очередь, тогда берись ты. И берись с таким условием, чтобы он обещал, что ты хошь, а он будет говорить, что уж если не сделаешь, то твоя голова прочь. Когда порядишься, то пусть царь приготовит и земля будет выпахана, а мы приедем садить. Царь скажет: «Хорошо, приезжай». Поди и берись, и приходи сюда, а я тебя буду здесь ожидать.
Тогда Ванюша, конечно, встал и пошел в город. Приходит на площадь, и встал туда, где стоят садники. И не через долго приходит царь и выкликает садников к работе, что кто может сад рассадить золотыми яблоками и во сколько времени. И вот назначает им срок — За три дня. Ну, садники стали откликиваться, и никто не берет, только месяца три, четыре и пять, и меньше двух с половиной месяцев никакой садник не решил ему это сделать. И, конечно, дошла очередь до этого Ивана. Он вышел, росту был порядочного и в воловьей шкуре. И спросил царь у него:
— Ну-ко, ты, молодец, что ты можешь сказать, как ты стоишь в очереди садников?
— Ваше величество. Я, конечно, могу вам сделать, как вы говорите, за три дня, но только что вы обещаете, то отдаете мне?
— Отчего, отдаю; я отдаю дочерь через три дня замуж, так мне нужно будет. А если не сделаешь?
— Если не сделаю, то рубите мне голову.
— Ну, ладно.
Конечно, он ему порядился и приказал:
— Вот что, ваше величество, выпашите мне землю и укажите где.
Царь сказал:
— Хорошо, вот на этом-то месте будешь садить сад.
И он пошел к своему коню. Приходит к своему коню, конь и спрашивает:
— Ну, дорогой мой Ваня, как порядился у царя сад садить?
— Да, порядился, ну, не знаю, что будет.
— Ну, как, что рядил?
— Дорогой мой конь, а что ты мне говорил — царь мне то дает, ну, и не знаю, что он даст. А если мы не сделаем, то уж я не знаю, что будет.
И сильно Иван задумался. Тогда немного конь помолчал и говорит:
— Ну, ладно, Ваня, не печалуйся, завтра поедем. Знаешь где, сказал про землю паханую?
— Сказал.
— Хорошо.
И вот, конечно, они переспали ночь и пережили целый день. Приезжают на вечеру, где земля была паханая. Говорит ему конь:
— Ну, вот, Ваня, бери эти мешки с яблоками и повернись лицом к заду, а я буду ходить вкруг, и ты смотри на мои задние ноги и успевай спускать яблоки в эти дыры, которые я сделаю ногами. А я уж знаю, где ходить вкруг.
Иван поворачивается к хвосту головой; конь ходит, а Иван начинает спускать яблоки. И вот, спускал, спускал, и у него не стало.
— Больше не стало, дорогой мой конь.
— Не стало? Ну, хорошо. Теперь отъедем прочь. Я-то уйду от тебя теперича, а тебе придется следить за твоим садом. И вот смотри три дня, а через три дня я к тебе приду.
И так Иван наш начал следить за своим садом. И вот в первые сутки расцвела яблоня, и налились яблоки, так быстро работалось. И царь очень удивился, ну, не Знает, что дальше будет. На вторы сутки яблоки все налились, и аромат понесся по всему царству. На третьи сутки, когда яблоки вызрели все, то Иван заснул, и вдруг приходят царские дочери все, смотрят садника, как он быстро сделал. Две были замужние, а третья выходит сейчас замуж, меньшая самая. И вот они ходили, ходили и увидали спящего садника