Сказка «Пеппи Длинныйчулок» — стр.47

«А на островах хоть кто поправится», – добавила Пеппи.
    Мама и папа Томми и Анники долго стояли на набережной, и у детей екнуло сердце, когда они увидели, что родители украдкой подносят носовые платки к глазам. Но Томми и Анника были так счастливы, что даже это не смогло омрачить их настроения.
   «Попрыгунья» медленно отваливала от причала.
   – Томми и Анника, – кричала вдогонку фру Сеттергрен, – когда вы будете плыть по Северному морю, не забудьте надеть по два теплых свитера и…
   Что мама еще хотела им сказать на прощанье, дети так и не расслышали, потому что ее слова заглушили прощальные крики ребят на набережной, громкое ржанье лошади, счастливые вопли Пеппи и трубные звуки, которые издавал капитан Длинныйчулок, когда он сморкался.
   Плавание началось. Над «Попрыгуньей» сияли звезды, айсберги плясали вокруг ее форштевня, ветер гудел в ее парусах.
   – О Пеппи, – воскликнула Анника, – до чего же мне хорошо! Знаешь, когда я вырасту, я тоже буду пиратом!
 
 
   VII. Как Пеппи сходит на берег
   – Вот она, Веселия, прямо перед нами! – закричала Пеппи как-то рано утром, когда стояла на вахте; платья на ней не было, вся ее одежда состояла из платка, обмотанного вокруг талии.
   Они плыли уже много дней и ночей, много недель и месяцев, они попадали и в бурю и в штиль, ночи были то темные, то лунные, то звездные, небо было то затянуто грозовыми тучами, то ослепляло синевой, то шел дождь, то палило солнце, – они плыли так долго, что Томми и Анника почти забыли, как жили дома, в своем маленьком городке.
   Вот бы удивилась мама, если бы увидела их теперь. От болезненной бледности не осталось и следа. Они были темно-бронзовые от загара, выглядели очень здоровыми и карабкались по вантам не хуже Пеппи. Чем дальше продвигалась «Попрыгунья» на юг, тем больше они раздевались, потому что становилось все жарче. Так из укутанных во множество теплых свитеров и шарфов детей, которые пересекали Северное море, они превратились в коричневых голышей с пестрыми набедренными повязками.
   – Ох, до чего же жизнь прекрасна! – кричали Томми и Анника каждое утро, когда они просыпались в каюте, где жили вместе с Пеппи.
   Пеппи часто просыпалась еще раньше и стояла целую вахту у румпеля.
    – Лучше рулевого, чем моя дочь, я еще не встречал на семи морях, – любил повторять капитан Длинныйчулок.
   И он был прав. В самые страшные бури Пеппи уверенной рукой вела «Попрыгунью» мимо самых опасных рифов.
   И вот теперь их путешествие подходило к концу.
   – Веселия перед нами! – вопила Пеппи. Да, вот она, Веселия – зеленый, поросший пальмами остров, окруженный синей водой.
   Два часа спустя «Попрыгунья» вошла в небольшую бухту с западной стороны острова. На песчаный берег высыпали все веселяне, мужчины, женщины и дети, чтобы встретить своего короля и его рыжеволосую дочку. Когда корабль подошел к берегу, толпа приветствовала его громкими криками.
   – Уссамкура, куссомкара, – кричали веселяне, что означало: «Добро пожаловать, наш толстый белый предводитель».
   Король Эфроим I поднял руки в знак приветствия и закричал:
   – Муони манана!
   Это означало: «Я рад вам снова служить!»
   Вслед за отцом на берег сошла Пеппи, на руках она несла свою лошадь. Вихрь восхищения пробежал по толпе. Конечно, все слышали о легендарной силе Пеппи, но одно дело – слышать, а другое – видеть своими глазами. Томми и Анника тоже сошли на берег. Они скромно держались в стороне и приветливо кивали толпе, но веселяне не могли отвести восхищенных глаз от Пеппи и ничего не видели вокруг. Капитан Длинныйчулок подбросил Пеппи в воздух, а потом поставил себе на плечи, чтобы все могли ее разглядеть, и тогда по толпе пробежал вихрь восхищения. Когда же Пеппи, спрыгнув на землю, посадила на одно плечо капитана, а на другое лошадь, вихрь восхищения перерос в настоящий ураган.
   Все население Веселии насчитывало сто двадцать шесть человек.
   – Это как раз нужное количество подданных, – любил повторять король Эфроим. – Большим народом управлять трудно.
   Все веселяне жили в крошечных уютных хижинах, разбросанных в пальмовой роще. Самая большая и красивая хижина принадлежала королю Эфроиму. Команда «Попрыгуньи» тоже построила себе хижины, где жили матросы, когда корабль стоял на якоре в бухте. Вот и сейчас он должен был стать на якорь, но сперва еще предстояла небольшая экспедиция на соседний остров, находящийся в пятидесяти милях севернее. Дело в том, что там была лавка, где можно было купить нюхательный табак для капитана Длинныйчулок.
    Под огромной кокосовой пальмой специально для Пеппи была выстроена изящная маленькая хижина. Вместе с Пеппи туда побежали Томми и Анника. Но капитан задержал их. Он потребовал, чтобы дети вернулись с ним на берег. Он схватил Пеппи и понес ее на руках.
   – Вот сюда, – сказал он и указал толстым пальцем на какой-то камень. – Вот сюда меня прибило ветром, когда я потерпел кораблекрушение.
   Веселяне поставили памятник в честь этого знаменательного события. На камне они высекли надпись на веселянском языке:
   «По большому синему морю к нам приплыл наш толстый предводитель. В этом месте он ступил на наш берег, теперь здесь цветет хлебное дерево. Да будет он всегда таким же толстым и великолепным, как в тот день, когда нога его коснулась нашей земли».
   Капитан Длинныйчулок вслух прочел эту надпись Пеппи, Томми и Аннике, его голос дрожал, так он был растроган. Потом он громко высморкался.
   Когда солнце начало садиться и вот-вот должно было утонуть в бескрайнем Южном море, веселяне созвали барабанным боем все население на главной площади, которая находилась посреди селения. Там стоял трон короля Эфроима, он был сделан из бамбука и увит диковинными красными цветами. На этом троне король сидел, когда правил островом. Для Пеппи веселяне тоже соорудили специальный трон, только поменьше, и поставили рядом с троном отца. Они даже сбили на скорую руку два маленьких бамбуковых стульчика – для Томми и Анники.
   Когда король Эфроим, исполненный величия, занял свое место на троне, барабаны забили еще громче. Он сменил костюм капитана на королевскую мантию, на голове у него была корона, он был опоясан юбочкой из мочала, на шее висел зуб акулы, а ноги его были украшены браслетами. Пеппи непринужденно уселась на свой трон. На ней по-прежнему была только одна пестрая набедренная повязка, но в волосы она воткнула белый и красный цветок, чтобы выглядеть наряднее. Анника тоже украсила себе волосы цветами, а вот Томми ни за что не захотел. Никто не смог его уговорить заложить за ухо цветок.
   Король Эфроим долго отсутствовал и запустил все дела, поэтому теперь он стал править островом что было сил, чтобы наверстать упущенное. Тем временем к трону Пеппи стали подходить маленькие черные веселяне. Непонятно, по каким причинам они вообразили, что белая девочка куда прекраснее их самих, и поэтому они были преисполнены к ней невероятного почтения, к тому же Пеппи была еще принцессой. Поэтому, подойдя к ее трону, они вдруг упали на колени и уткнулись лбами в землю.
    Пеппи тут же спрыгнула с трона. – Что я вижу? – воскликнула она. – Вы тоже играете в секлетарей? Давайте играть вместе!
   Она тоже встала на колени и принялась обнюхивать землю.
   – Я вижу, что здесь до нас успели побывать другие секлетари, – сказала она минуту спустя. – Здесь ничего не найдешь, даже жалкой завалявшейся булавки. Это ясно.
   Пеппи снова села на трон. Как только она это сделала, все дети снова рухнули на землю.
   – Ах, понимаю, вы здесь, наверное, что-то потеряли. Но здесь ничего нет, так что не стоит искать, встаньте!
   Капитан Длинныйчулок так долго жил на острове, что многие веселяне немного выучили шведский язык