Показать Введите пароль

Забыли пароль?

Пожалуйста, укажите ваше имя

Показать Пароль должен содержать не менее 6 символов

Close

Одиссея

Вдруг Зевс протяженно гремящий
     Двух орлов ниспослал с высоты, со скалистой вершины.
     Мирно сначала летели они по дыханию ветра,
     Близко один от другого простерши широкие крылья.
 150 Но, очутившись как раз над собранием многоголосым,
     Крыльями вдруг замахали и стали кружить над собраньем,
     Головы всех оглядели, увидели общую гибель
     И, расцарапав друг другу когтями и щеки и шеи,
     Поверху вправо умчались - над городом их, над домами.
 155 Все в изумленье пришли, увидевши птиц над собою,
     И про себя размышляли, - чем все это кончиться может?
     Вдруг обратился к ним с речью старик Алиферс благородный,
     Масторов сын. Средь ровесников он лишь один выдавался
     Знанием всяческих птиц и вещею речью своею.
 160 Он, благомыслия полный, сказал пред собраньем ахейцев:
     "Слушайте, что, итакийцы, пред вами сегодня скажу я!
     Больше всего к женихам обращаюсь я с речью моею.
     Беды великие мчатся на них. Одиссей уж недолго
     Будет вдали от друзей. Он где-то совсем недалеко!
 165 Смерть и убийство растит он для всех женихов Пенелопы!
      Плохо также придется и многим из нас, кто живет здесь,
     На издалека заметной Итаке. Подумаем лучше,
     Как женихов поскорей обуздать нам. Пускай перестали б
     Лучше уж сами, - гораздо для них это было б полезней.
 170 Не новичок я в гаданьях и дело свое понимаю.
     И с Одиссеем, смотрите, вполне все свершается точно,
     Как предсказал я в то время, когда собирались ахейцы
     Выступить в Трою и с ними пошел Одиссей многохитрый.
     Вынесши множество бедствий, товарищей всех потерявши,
 175 Всем незнакомый, домой на двадцатом году он вернется, -
     Так говорил я, и все это точно свершается нынче!"
     Сын Полиба ему, Евримах, возражая, ответил:
     "Было бы лучше, старик, когда б ты домой воротился
     И для ребят погадал, чтобы с ними чего не случилось!
 180 В этом же деле получше тебя погадать я сумею.
     Мало ли видим мы птиц, под ярким летающих солнцем.
     Вовсе не все предвещают из них что-нибудь. Одиссей же
     В крае далеком погиб. Хорошо бы, когда бы с ним вместе
     Гибель взяла и тебя! Прекратил бы свои ты вещанья,
 185 Не подстрекал бы и так раздраженного всем Телемаха.
     Верно, подарок в свой дом получить от него ты желаешь!
     Но говорю я тебе, и слова мои сбудутся точно:
     Если ты, с опытом долгим своим и богатым, враждебность
     Глупой своей болтовнею поддерживать в юноше станешь,
 190 Прежде всего и ему от этого будет лишь хуже,
     Ибо совсем ничего против нас он поделать не сможет.
     А на тебя мы, старик, жесточайшую пеню наложим.
     Выплатить будет ее нелегко и для сердца печально.
     А Телемаху пред всеми, кто здесь, предложил бы я вот что:
 195 Матери пусть он прикажет к отцу своему возвратиться;
     Тот же пусть свадьбу готовит, приданое давши большое,
      Сколько его получить полагается дочери милой.
     Раньше, вполне убежден я, ахейцев сыны не отстанут
     С тяжким своим сватовством. Никого мы из вас не боимся, -
 200 Ни самого Телемаха, как много бы слов он ни сыпал, -
     Ни о вещаньях твоих не печалимся. Все они вздорны!
     Ими, старик, только больше вражду ты к себе возбуждаешь.
     Будет по-прежнему здесь все добро поедаться, и платы
     Им не дождаться, покамест ахейцам согласье на свадьбу
205 Ею не будет дано. Ведь сколько уж времени здесь мы
     Ждем, за нее соревнуясь друг с другом. А время проходит,
     Новых себе мы не ищем невест для приличного брака".
     И сыну Полиба в ответ Телемах рассудительный молвил:
     "Я, Евримах, ни тебя, ни других женихов благородных
210 Ни уговаривать, ни умолять уже больше не стану.
     Все ведь известно богам, а также известно ахейцам.
     Дайте лишь быстрый корабль мне и двадцать товарищей, с кем бы
     Всю дорогу проделать я мог и туда и обратно.
     Я собираюся в Спарту поехать и в Пилос песчаный,
 215 Там об отце поразведать исчезнувшем. Верно, из смертных
     Кто-либо сможет о нем мне сказать иль Молва сообщит мне
     Зевсова - больше всего она людям известий приносит.
     Если услышу, что жив мой отец, что домой он вернется,
     Буду я ждать его год, терпеливо снося притесненья.
 220 Если ж услышу, что мертв он, что нет его больше на свете,
     То, возвратившись обратно в отцовскую милую землю,
     В честь его холм я насыплю могильный, как следует справив
     Чин похоронный по нем, и в замужество мать мою выдам".
     Так произнес он и сел. И встал пред собраньем ахейцев
 225 Ментор. Товарищем был безупречного он Одиссея.
     Тот, на судах уезжая, весь дом ему вверил, велевши
     Слушать во всем старика и дом охранять поусердней.
      Добрых намерений полный, к собранью он так обратился:
     "Слушайте, что, итакийцы, пред вами сегодня скажу я!
230 Мягким, благим и приветливым быть уж вперед ни единый
     Царь скиптроносный не должен, но, правду из сердца изгнавши,
     Каждый пускай притесняет людей и творит беззаконья,
     Если никто Одиссея не помнит в народе, которым
     Он управлял и с которым был добр, как отец с сыновьями.
 235 Я не хочу упрекать женихов необузданно дерзких
     В том, что, коварствуя сердцем, они совершают насилья:
     Сами своей головою играют они, разоряя
     Дом Одиссея, решивши, что он уж назад не вернется.
     Но вот на вас, остальных, от всего негодую я сердца:
 240 Все вы сидите, молчите и твердым не смеете словом
     Их обуздать. А вас ведь так много, а их так немного!"
     Евенорид Леокрит, ему возражая, воскликнул:
     "Ментор, упрямый безумец! Так вот к чему дело ты клонишь!
     Хочешь народом смирить нас! Но было бы трудно и многим
 245 Всех нас заставить насильно от наших пиров отказаться!
     Если бы даже и сам Одиссей-итакиец вернулся
     И пожелал бы отсюда изгнать женихов благородных,
     В доме пространном его за пиршеством пышным сидящих,
     Было б его возвращенье супруге его не на радость,
 250 Как бы по нем ни томилась. Погиб бы он смертью позорной,
     Если б со многими вздумал померяться. Вздор говоришь ты!
     Ты же, народ, расходись! К своим возвращайся работам!
     Этого в путь снарядить пускай поторопятся Ментор
     И Алиферс - Одиссею товарищи давние оба.
 255 Думаю, долго, однако, он вести выслушивать будет,
     Сидя в Итаке. Пути своего никогда не свершит он!"
     Так сказав, распустил он собрание быстро ахейцев,
     И по жилищам своим разошелся народ из собранья.
      А женихи возвратились обратно в дом Одиссея.
 260     Вдаль ушел Телемах по песчаному берегу моря,
     Руки седою водою омыл и взмолился к Афине:
     "Ты, посетившая дом наш вчера и в туманное море
     Мне в корабле быстроходном велевшая плыть, чтоб разведать,
     Нет ли вестей о давно уж ушедшем отце моем милом
 265 И об его возвращеньи! Мешают мне в этом ахейцы,
     Боле ж всего - женихи в нахальстве своем беспредельном".
     Так говорил он молясь. Вдруг пред ним появилась Афина,
     Ментора образ приняв, с ним схожая видом и речью,
     И со словами к нему окрыленными так обратилась:
 270     "Также и впредь, Телемах, не будь неразумным и слабым,
     Раз благородная сила отца излита тебе в сердце -
     Сила, с какой он всего добивался и словом и делом.
     Станет тогда и тебе твой отъезд исполним и возможен.
     Если же ты Одиссею не сын и не сын Пенелопе,
 275 Думаю, вряд ли удастся тебе совершить, что желаешь.
     Редко бывает с детьми, чтоб они на отца походили, --
     Большею частию хуже отца, лишь немногие лучше.
     Если ж и впредь не останешься ты неразумным и слабым,
     Если тебя не совсем Одиссеева кинула сметка,
 280 Дело исполнить свое вполне ты надеяться можешь.
     О женихах неразумных, об их замышленьях и кознях
     Брось теперь думать: ни разума нет в этих людях, ни правды.
     Нет и предчувствия в сердце, что близко стоят перед ними
     Черная Кера и смерть, что в один они день все погибнут.
 285 Путь же совсем недалек, которого так ты желаешь.
     Вот какой я товарищ тебе по отцу: раздобуду
     Быстрый корабль для тебя и последую сам за тобою.
     Ты же теперь воротись к женихам. А тебе на дорогу
     Пусть заготовят припасы, пусть ими наполнят сосуды.
  290 В амфоры сладкого скажешь вина нацедить вам, муку же
     Ячную - мозг человека - в мешки пусть положат из кожи.
     Я добровольцев пока наберу средь народа. Судов же
     В морем объятой Итаке немало и новых и старых.
     Я между ними корабль пригляжу, который получше,
 295 Быстро его снарядим и выйдем в широкое море".
     Так сказала Афина, Зевесова дочь. И недолго
     Ждать Телемах оставался, услышавши голос богини.
     Милым печалуясь сердцем, поспешно направился к дому.
     Там женихов он застал горделивых: в зале столовой
 300 Коз обдирали одни, боровов во дворе обжигали другие.
     Встал Антиной, засмеялся, навстречу пошел Телемаху,
     Взял его за руку, слово сказал и по имени назвал:
     "Эх, Телемах, необузданно буйный и гордоречивый!
     Брось ты заботу о том, чтоб вредить нам и делом и словом!
 305 Лучше садись-ка ты есть к нам и пить, как бывало когда-то.
     Все же, что нужно тебе, приготовят охотно ахейцы -
     Быстрый корабль и отборных гребцов, чтоб скорей ты приехал
     В Пилос священный и слухи собрал об отце многославном".
     Сыну Евпейта в ответ Телемах рассудительный молвил:
310     "Нет, Антиной, никак не могу я при наглости вашей
     В пире участье принять со спокойным и радостным духом.
     Иль не довольно, что раньше, когда еще мальчиком был я,
     Вы, женихи, богатства ценнейшие наши пожрали?
     Нынче, как стал я большим и, советников слушая умных,
 315 Много узнал, и в груди моей мужества стало побольше,
     Кер постараюсь зловещих на головы ваши наслать я, -
     Или, отправившись в Пилос, иль здесь же, на острове этом.
     Еду - и сделаю путь, о котором я здесь говорю вам;
     Еду в чужом корабле, ибо сам ни гребцов не имею,
 320 Ни корабля своего: вам выгодней так показалось!"
      Молвил и руку свою из руки Антиноевой вырвал
     Очень легко. Женихи между тем пировать продолжали.
     Над Телемахом глумились они и шутили словами.
     Так говорил не один из юношей этих надменных:
 325    "Эй, берегитесь! На нас Телемах замышляет убийство!
     Иль он кого привезет из песчаного Пилоса в помощь,
     Или, быть может, из Спарты. Ведь рвется туда он ужасно!
     Или в Эфиру поехать сбирается, в край плодородный,
     Чтобы оттуда привезть для жизни смертельного яду,
 330 Бросить в кратеры его и разом нас всех уничтожить".
     Так и другой говорил из юношей этих надменных:
     "Знает ли кто? Ведь возможно, и он в корабле изогнутом,
     Как Одиссей, вдалеке от домашних погибнет, блуждая!
     Этим немало и нам он доставит хлопот. Ведь придется
 335 Все достоянье его тогда разделить между нами,
     Матери ж с будущим мужем владеть предоставим мы домом".
     Так говорили. Меж тем Телемах в кладовую спустился
     С кровлей высокой, большую, в которой хранилися кучи
     Золота, меду, одежда в ларях, благовонное масло.
 340 Там же в порядке вдоль стен одна за другою стояли
     Бочки из глины со сладким вином многолетним - напитком
     Чистым, божественным; он сохранялся на случай, когда бы
     Все. же вернулся домой Одиссей, хоть и много страдавши.
     Дверью двустворчатой, прочно прилаженной, вход запирался.
 345 Ключница в той кладовой и ночи и дни находилась,
     Все охраняя запасы с великим усердьем и знаньем, -
     Опа, сына Пенсенора дочь, Евриклея старушка.
     К ней Телемах обратился, позвавши ее в кладовую:
     "Амфоры сладким вином наполни мне, няня, - вкуснейшим
350 После того дорогого, которое здесь бережешь ты,
     Помня о нем, о бессчастном, в надежде, что, может быть, в дом свой
      Снова вернется отец, ускользнувши от Кер и от смерти.
     Амфор наполни двенадцать и крышками сверху покрой их.
     Кожаных плотных мешков приготовивши, ты их наполнишь,
 355 Двадцать отмеривши мер, размолотой яичной мукою.
     Знай об этом одна! Заготовишь припасы и в кучу
     Все их поставишь, а вечером я заберу их, когда уж
     Мать поднимется в верхний покой свой, о сне помышляя.
     В Спарту я ехать сбираюсь и в Пилос песчаный - разведать,
 360 Нет ли там слухов о милом отце и его возвращеньи".
     Так он сказал. Евриклея кормилица громко завыла
     И огорченно к нему обратилась со словом крылатым:
     "Как могла у тебя в голове эта мысль появиться,
     Милый сынок мой! Ну как ты - любимый, единственный - как ты
 365 Пустишься в дальние земли? Погиб уж вдали от отчизны
     Богорожденный отец твой, в краю, для него незнакомом.
     Эти ж, едва ты уедешь, коварное дело замыслят,
     Хитростью сгубят тебя и все меж собой здесь поделят.
     Милый, останься же здесь, со своими! Зачем тебе надо
 370 Всякие беды терпеть, беспокойным скитаяся морем?"
     Так, Евриклее в ответ, Телемах рассудительный молвил:
     "Няня, не бойся! Решенье такое мое не без бога.
     Но поклянись мне, что матери ты ничего не расскажешь
     Раньше, чем минет одиннадцать дней иль двенадцать с отъездом,
 375 Или не спросит сама, иль другие об этом не скажут.
     Как бы, боюсь я, от слез красота у нее не поблекла".
     Клятвой великой богов старуха тогда поклялася.
     После того как она поклялась и окончила клятву,
     В амфоры сладкого тотчас вина налила и в мешках им
 380 Кожаных, сшитых надежно, муки заготовила ячной.
     А Телемах к женихам пировавшим вернулся обратно.
     Новая мысль тут пришла совоокой Афине богине.
      Образ приняв Телемаха, пошла обходить она город;
     Остановившись пред мужем, к нему обращалася с просьбой,
 385 Чтобы на быстрый корабль они вечером все собралися.
     С просьбой потом к Ноемону, блестящему Фрония сыну,
     О корабле обратилась. Охотно он ей предоставил.
     Солнце меж тем опустилось, и тенью покрылись дороги.
     На море быстрый корабль спустила богиня и снасти
 390 Все уложила в него, какие для плаванья нужны.
     После поставила судно при выходе самом из бухты.
     Все уж товарищи к судну сошлись, приглашенные ею.
     Новая мысль тут пришла совоокой Афине богине:
     Быстро направилась в дом Одиссея, подобного богу,
 395 Сладостный сон излила на глаза женихам пировавшим,
     Ум помутила у них, из рук у них выбила кубки.
     В город отправились все они спать и в постелях лежали
     Очень недолго, как сладкий им сон уже пал на ресницы.
     Вызвала после того Телемаха из комнат прекрасных
 400 Дочь совоокая Зевса и с речью к нему обратилась,
     Ментора образ приняв, с ним сходствуя видом и речью:
     "Друг, уж товарищи прочнопоножные сели за весла
     И дожидаются, скоро ль ты двинуться в путь соберешься.
     Живо идем и не будем задерживать долго отъезда!"
 405    Кончив, пошла впереди Телемаха Паллада Афина,
     Быстро шагая. А следом за нею и сын Одиссеев.
     К морю и к ждавшему их кораблю подошли они вскоре.
     На берегу там нашли уж товарищей длинноволосых.
     И обратилася к ним Телемаха священная сила:
 410     "Ну-ка, друзья, принесемте припасы! Они уже дома
     Все заготовлены. Мать ничего об отъезде не знает,
     Так же другие служанки; одна только слышала тайну".
     Так он сказал и пошел, а следом за ним и другие.
      В доме забравши припасы, в корабль прочнопалубный быстро
 415 Все их они уложили, как сын Одиссеев велел им.
     Сам Телемах поднялся на корабль за Афиною следом;
     На корабельной корме она села, а возле богини
     Сел Телемах. Отвязали причалы товарищи, быстро
     Сами взошли на корабль чернобокий и сели за весла.
 420 Благоприятный им ветер послала Паллада Афина:
     По винно-чермному морю Зефир зашумел быстровейный.
     Тут Телемах, ободряя товарищей, им приспособить
     Снасти велел, и они приказанью его подчинились.
     Мачту еловую разом подняли, внутри утвердили
 425 В прочном гнезде и ее привязали канатами к носу.
     Белый потом натянули ремнями плетеными парус.
     Парус в средине надулся от ветра, и яро вскипели
     Воды пурпурного моря под носом идущего судна;
     С волн высоких оно заскользило, свой путь совершая.
 430 На корабле чернобоком они паруса закрепили,
     После налили вином кратеры до самого края
     И совершать возлияния стали богам вечносущим,
     Больше же всех остальных - совоокой Афине богине.
     Быстро всю ночь и все утро бежал их корабль чернобокий.

      Гомер. Одиссея. Песнь третья.


      ПЕСНЬ ТРЕТЬЯ.



     Яркое солнце, покинув прекрасный залив, поднялося
     На многомедное небо, чтоб свет свой на тучную землю
     Лить для бессмертных богов и людей, порожденных для смерти.
     Путники в Пилос, богато отстроенный город Нелея,
 5   Прибыли. Резали черных быков там у моря пилосцы
     Черноволосому богу, Земли Колебателю, в жертву.
     Девять было разделов, пятьсот сидений на каждом,
     Было по девять быков пред сидевшими в каждом разделе.
     Потрох вкушали они, для бога же бедра сжигали.
  10  Путники в пристань вошли, паруса на судне равнобоком
     Вверх подтянули, судно закрепили и вышли на землю.
     И Телемах за Афиною следом спустился на берег.
     Первой богиня Паллада Афина к нему обратилась:
     "Робость отбрось, Телемах, отбрось ты ее совершенно!
 15   Не для отца ли и по морю путь ты свершил, чтоб разведать,
     Где его скрыла земля и какою судьбой он постигнут.
     К Нестору прямо направься, коней укротителю быстрых,
     Чтобы узнать нам, какие он мысли в груди сберегает.
     Сам обратись к нему с просьбой, чтоб всю сообщил тебе правду.
 20  Лгать он не станет тебе - он для этого слишком разумен".
     Тотчас Афине в ответ Телемах рассудительный молвил:
     "Ментор, ну как я пойду? Ну как я с ним буду держаться?
     Опыта в умных речах имею я очень немного.
     Да и боюсь я, - ну как молодому расспрашивать старших!"
 25      И отвечала ему совоокая дева Афина:
     "Многое сам, Телемах, в своем ты придумаешь сердце,
     Многое бог в тебя вложит. Не против же воли бессмертных,
     Как полагаю я, был ты на свет порожден и воспитан!"
     Кончив, пошла впереди Телемаха Паллада Афина,
30  Быстро шагая; за нею же следом и сын Одиссеев.
     К месту тому подошли, где, собравшись, сидели пилосцы.
     Там и Нестор сидел с сыновьями. Товарищи там же
     Жарили к пиршеству мясо, проткнувши его вертелами.
     Как увидали они чужестранцев, толпою навстречу
 35   Бросились к ним, пожимали им руки и сесть пригласили.
     Первым Несторов сын Писистрат, подошедши к ним близко,
     За руки путников взял и на мягкие шкуры овечьи
     Их усадил на морском берегу для участия в пире
     Между отцом стариком и братом своим Фрасимедом.
  40  Дал по куску потрохов им и налил вина в золотую
     Чашу; потом обратился с такими словами привета
     К дочери Зевса-эгидодержавца, Палладе Афине:
     "О чужестранец! Теперь помолись Посейдону-владыке:
     Пир его жертвенный вы застаете, сюда к нам приехав.
 45   После того как свершишь возлиянье с молитвой, как должно,
     Чашу с вином медосладким и этому дай, чтобы мог он
     Также свершить возлиянье. И он, полагаю, бессмертным
     Молится: все ведь в богах нуждаются смертные люди.
     Он же моложе тебя и как будто со мною ровесник.
 50  Вот почему тебе первому дам золотую я чашу".
     Молвил и чашу со сладким вином ей вручил золотую.
     Радость Афине доставил разумный тот муж справедливый
     Тем, что сначала он ей ту чашу поднес золотую.
     Громко молиться она начала Посейдону-владыке:
 55      "Царь Посейдон-земледержец, внемли, не отвергни молитвы
     Нашей, исполни все то, о чем мы моленье возносим!
     Нестору прежде всего с сыновьями пошли процветанье;
     Грусть от тебя воздаянье достойное также получат
     За гекатомбу тебе и все остальные пилосцы.
 60  Дай мне потом, Телемаху и мне, возвратиться, окончив
     Все, для чего мы сюда в корабле чернобоком приплыли!"
     Так помолившись, сама возлиянье богиня свершила,
     Кубок двуручный прекрасный потом отдала Телемаху.
     В свой помолился черед и сын дорогой Одиссея.
 65   Мясо тем временем было готово и с вертелов снято.
     Все, свою часть получив, блистательный пир пировали.
     После того как питьем и едой утолили желанье,
     Нестор, наездник геренский, с такой обратился к ним речью:
     "Вот теперь нам приличней спросить чужеземцев, разведать,
  70  Кто они, - после того, как едою они насладились.
     Странники, кто вы? Откуда плывете дорогою влажной?
     Едете ль вы по делам иль блуждаете в море без цели,
     Как поступают обычно разбойники, рыская всюду,
     Жизнью играя своей и беды неся чужеземцам?"
 75      Вдруг осмелевши, ему Телемах рассудительный молвил, -
     В грудь ему смелость вложила богиня Паллада Афина,
     Чтоб расспросить старика о родителе смог он пропавшем,
     Также чтоб в людях о нем утвердилася добрая слава:
     "Нестор, рожденный Нелеем, великая слава ахейцев!
80  Знать ты желаешь, откуда и кто мы. Тебе я отвечу.
     Прибыли мы из Итаки, лежащей под склоном Нейона.
     То же, о чем я скажу, - не народное, частное дело.
     Выехал я поискать, не узнаю ли что про отца я,
     Стойкого в бедах царя Одиссея, который, по слухам,
 85   Вместе с тобою под Троей сражался и город разрушил.
     Об остальных обо всех, кто с троянцами бился, мы знаем,
     Где и кого между ними жестокая гибель постигла.
     Здесь же и гибель его неизвестною сделал Кронион!
     Точно никто не умеет сказать, где конец свой нашел он.
90  Где-нибудь был ли убит лихими врагами на суше
     Или же на море гибель обрел середь волн Амфитриты.
     Вот почему я сегодня к коленям твоим припадаю, -
     Не пожелаешь ли ты про погибель его рассказать мне,
     Если что видел своими глазами иль слышал рассказы
 95   Странника. Матерью был он рожден на великое горе.
     Ты ж не смягчай ничего, не жалей и со мной не считайся,
     Точно мне все сообщи, что увидеть тебе довелося.
     Если когда мой отец, Одиссей благородный, - словами ль,
     Делом ли что совершил, обещанье свое исполняя,
 100 В дальнем троянском краю, где так вы, ахейцы, страдали, -
      Вспомни об этом, молю, и полную правду скажи мне".
     Нестор, наездник геренский, тогда Телемаху ответил:
     "Друг, о страданиях ты мне напомнил, какие тогда мы, -
     Неукротимые в силе ахейцы, - в краю том терпели,
105 Частью, когда на судах, предводимые сыном Пелея,
     Мы за добычей по мглисто-туманному морю носились,
     Частью, когда пред великой Приамовой Троей с врагами
     Яростно бились. Из наших в то время все лучшие пали.
     Там Аякс многомощный лежит, лежит Ахиллес там,
 110 Там же Патрокл, как советчик бессмертному богу подобный,
     Там же мой сын дорогой Антилох, безупречный и сильный,
     Больше блиставший всего, как боец и бегун быстроногий.
     Кроме того, мы немало и бедствий других претерпели, -
     Кто из людей земнородных про все рассказать тебе смог бы?
 115 Если бы пять. даже лет, даже шесть ты у нас оставался,
     Чтоб расспросить, сколько бед мы, ахейцы, тогда претерпели, -
     Раньше б ты в землю вернулся родную, наскучив рассказом.
     Девять трудились мы лет, чтобы их погубить, вымышляя
     Хитростей много. Насилу Кронид нам послал окончанье.
 120 Разумом острым не мог никогда потягаться открыто
     Кто-либо там с Одиссеем божественным. В выдумке всяких
     Хитростей всех побеждал неизменно родитель твой, если
     Подлинно сын ты его. На тебя я смотрю с изумленьем:
     С ним и речами ты сходен, и кто бы подумал, чтоб было
 125 Юноше можно настолько с ним сходствовать умною речью!
     Мы никогда с Одиссеем божественным ни на совете,
     Ни на собраньи народном различного не были мненья.
     С единодушием полным и в мыслях и в добрых советах
     Мы лишь того домогались, что было ахейцам полезней.
 130 После того же как взяли мы город высокий Приама
     (В море ушли на судах, и бог раскидал всех ахейцев),
      Бедственный в сердце своем замыслил возврат аргивянам
     Зевс-промыслитель за то, что не все они были разумны
     И справедливы. Нашли себе многие жребий печальный,
 135 Гибельный гнев возбудив Совоокой, Могучеотцовной.
     Жаркую распрю она разожгла меж сынами Атрея.
     Всех аргивян на собранье народное оба созвали, -
     Не по обычаю, глупо, когда уже солнце садилось.
     И собралися ахейцы, вином отягченные, к месту.
 140 Начали те говорить, для чего на собранье созвали.
     Требовал царь Менелай, чтобы вспомнили тотчас ахейцы
     О возвращеньи домой по хребту широчайшего моря.
     Но Агамемнону это не по сердцу было, хотел он
     Весь народ задержать и святые свершить гекатомбы,
 145 Чтоб исцелить у Афины рассерженной гнев ее страшный.
     Глупый! Не знал он того, что ее уж склонить не удастся:
     Вечные боги не так-то легко изменяют решенья!
     Так они оба стояли, один обращаясь к другому
     С речью обидной. Ахейцы красивопоножные с места
 150 С криком ужасным вскочили, на два разделившися мненья.
     Ночь провели мы, питая враждебные друг против друга
     Чувства: уже нам готовил великие беды Кронион.
     Утром одни совлекли корабли на священное море,
     В них нагрузивши богатства и жен, подпоясанных низко.
 155 А половина народа, отплыть не желая, осталась
     С сыном Атрея, царем Агамемноном, пастырем войска.
     Мы, половина другая, отплыли. Помчалися быстро:
     Бог перед нами разгладил глубоко-пучинное море.
     Скоро пришли в Тенедос. Порываясь всем сердцем в отчизну,
 160 Жертву богам принесли.

Илиада →

Читайте также:

4.4 4.4



Длительность

562 мин
30 страниц


Популярность

  840

высокая

Мне нравится

Поделиться с друзьями

Настройки

Размер шрифта              

Цвет текста  

Цвет фона    

Другие Тексты сказок

МОБИЛЬНОЕ ПРИЛОЖЕНИЕ
Мобильное приложение Audiobaby

Слушайте сказки без
доступа в Интернет

Записывайте сказки
своим голосом

Делитесь сказками с друзьями

Составляйте списки любимого

Создавайте плейлисты

Сохраняйте закладки

Никакой рекламы

Аудиосказки для iPhone

Аудиосказки для Android